10 июл. 2018 г.

Гонимый поэт Кулебякин Игорь

СТИХИ
Жене
Твоя любовь во мне отражена,
Она горит всё ярче, не сгорая.
Моя вселенная, моя жена,
Мой свет в оконце и дыханье рая.
И если вдруг среди житейских туч
Меня сметёт, как ветхую солому.
Твоя молитва – путеводный луч –
Не даст мне сбиться по дороге к дому.
Снова брошу курить, хоть совсем не курю,
Брошу пить, хоть не пьяница вовсе.
Я навечно к лесному уйду алтарю,
Поселюсь на забытом погосте.
Никому не понять протрезвевшей души,  
В сером мире увидевшей Бога.
В развалюхе-сторожке, в тревожной тиши
Буду жить удивительно строго.
И под вздохи расплющенных старых могил
Вспомню мира заблудшего битвы,
Чтоб навеки забыть, как дотоле я жил
Без креста, без любви, без молитвы.
1996 г. * * *
Моя страна нескошенных лугов,
Озлобленных сердец и серых лиц,
 Ряды хазарских кованных полков
Вдоль окровавленных твоих границ.
 Россия спит в тупом похмельном сне…
Какая рать из тьмы столетий прёт!
И лишь стрижи напоминают мне,
Что царства гибнут, ну, а жизнь – идёт!
 И скоро содрогнётся Третий Рим
От натиска голодных, жадных рас.
Бойцы в могиле…
Грязный пилигрим
Бредёт без веры.
В храме без прикрас
Идёт торговля бойкая у врат.
Нещадно солнце плавит купола.
Пронзительно стрижи с небес кричат,
 И лишь старушка шепчет:
 «Свят, свят, свят», – На краешке забытого села.
 * * *
Судьба тасует серую колоду,
 Вновь крести выпали – опять страдать.
Моя душа ползёт по небосводу,
И на неё святая смотрит рать.
А смертный грех душе ломает крылья,
Вот-вот сорвётся вниз дух-пилигрим.
Легчайших метеоров эскадрилья
Бомбит небесный Иерусалим.
Не избежать стремительных падений
В ту бездну, где «зубовный скрежет, плач...»
Коль наверху сейчас ты, без сомнений
Оскалил зубы призрачный палач.
Корявый демон в бездне – Абадонна
Бесстрастно точит огненный топор.
И счастлив ты, наивный, до тех пор,
Пока не огласил свой приговор
Судья подземного Синедриона.
Но можно обойтись без высшей меры
Лишь только силой беспредельной веры
В Отца и Сына, и Святого Духа.
Страдания земные, боль – химеры...
И не страшна костлявая старуха.
Ты пожелай ей: «Ни пера, ни пуха!»
Да и пошли подальше ... на галеры.
 2000 г. * * *
 Господа, юнкера…
Господа… В красно-белом аду Русь Святая.
Словно карточный домик, года
В бездну падают, смысл обретая.
 Святый Боже, Россию храни!
Нам не выдержать дьявольской битвы.
Третий Рим снова тонет в крови
Без креста, без любви, без молитвы.
И у нас теперь все – бунтари,
Всё смешалось на русских просторах.
Вместо виселиц здесь – фонари,
Справедливость – в строках приговоров.
Господа, юнкера… Господа,
Сберегите для правнуков жизни.
Дом Ипатьева – вход в никуда,
В гробовые года для Отчизны.
Лучезарный рассеялся свет,
Царь расстрелян, расстреляна Вера.
И на семьдесят будущих лет
Всем отмерена рабская мера.
Господа, юнкера… Господа…
Вифлеемская гаснет звезда.
2001 г. * * *
В тончайшем сне горит первооснова Моей души.
Сгораю без огня. Сухая «черноризница» сурово,
Как легкий призрак, смотрит на меня.
Она шипит: «Забыл Отца и Сына,
Попал под хвост вонючий к сатане.
 Я каждый нерв твой с наслажденьем выну
И прокалю на медленном огне».
 Я чувствую в ней неземную силу,
Я знаю, эта сволочь прокалит.
 Она зовет рогатую гориллу,
Уже горящая смола кипит.
Не передать словами бездну страха,
Гортань сжигает сумасшедший крик.
Душа горит, как ветхая рубаха,
В сетях молниевидных повилик.
Затянут дух в печной гудящий угол,
 Чудовищная боль, звериный рев.
Нет рук и ног – лишь прокаленный уголь,
И смерти нет, лишь треск первооснов.
Нет больше ощущения кошмара,
Есть страшный переход из мира в мир.
Душа в огне подземного пожара
Очищена до черно-красных дыр.
Казалось бы, уже совсем нет мочи
Терпеть без перерыва эту боль.
Но тает сумрак беспощадной ночи,
Душа ползет в привычную юдоль.
Урок предельно ясен – смерти нет,
А мы живем во лжи, себе на горе.
И наша жизнь – взбесившийся корвет –
Плывет безумно в дьявольское море.
 май, 2003 г.
 Россия ждёт Грядущего Царя
Россия ждёт Грядущего Царя,
Ведь нету власти «аще не от Бога».
Казалось бы, ещё чуть-чуть, немного –
И мы достигнем отчего порога…
Но отчий дом не примет бунтаря.
Последний Царь поруган и забыт.
 И некому нас вывести из мрака
В страну, – где русский дух и русский быт,
Где даже выпь не горестно кричит
И лает по-особому собака.
В страну, где был когда-то отчий дом,
Где так тепло душе и так спокойно,
 И жизнь текла размеренно и стройно…
 Туда заказан вход…
Хор непристойный Хулителей Христа – со всех сторон.
 Россия ждёт Грядущего Царя…
Но отчий дом не примет бунтаря.
* * *
Чуть слышный звон далёких колоколен,
Дождливая сиреневая грусть.
 Я третий год уже никем не болен,
Я третий год ищу свой новый путь.
 С забора вдруг прокаркала ворона
И клювом повела: «Поди, мол, прочь!..»
 Вот фигушки тебе!..
 Не превозмочь
Мне логики Небесного закона.
Я встану здесь, у старого забора.
 Капель для мыслей, словно камертон...
 С паломниками нового набора
Я буду слушать колокольный звон.
 Как много «званых»! «Избранных» – чуть-чуть,
Неузнанные бродят по планете...
 Холодного дождя косая ртуть
Стекает по размокшей сигарете.
Небесный мир почти неуловим,
Задавлен муторным земным началом.
 И вечный город Иерусалим
 За грозовым растаял перевалом.
 Всего лишь миг я видел чудный город,
 И снова дождь стекает мне за ворот.
* * *
В кармане нет и ломаной полушки,
Мне к этому давно не привыкать.
Цветёт сирень, и контуры церквушки
Струят сиреневую благодать.
Вечерний храм – часть неземного мира,
Куда не довезут нас поезда...
Багровый луч, как лёгкая секира,
 Рассёк реальность...
Горе-лебеда Росою плачет мне на сандалеты.
 Привычный мир уходит в никуда,
И освещает вечные сюжеты
Почти что Вифлеемская звезда.
* * *
Я вымолил жену у Бога,
И белый свет опять мне мил.
Сады небесного чертога
В моей душе
Он оживил.
Я снова истину постиг:
Без Бога горек каждый миг...
Россию вымолит у Бога
Безкровных мучеников сонм.
Пространство бывшего острога
Наполнит колокольный звон.
И Русь возглавит, как и встарь,
Пока неведомый нам Царь.


Комментариев нет:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...