Loading...

31 мая 2018 г.

Общество и право

Только постоянные столкновения человеческих интересов, направленных на одновременное достижение заведомо несовместимых между собой целей, еще в глубокой древности вызвали необходимость правового регулирования общественных отношений. Вполне возможно, что уже тогда  возникли и первые ошибочные представления о праве как наиболее  действенном и эффективном инструменте совершенствования человеческой самоорганизации. На основании этих,  ничем не обоснованных представлений постепенно созрело, а затем получило достаточно широкое распространение убеждение в том, что только одновременно с созданием  некоего идеального или абсолютного права качество общественно-экономических  отношений будет доведено до законченного совершенства. В том или ином виде эти, основанные на ошибочных представлениях, глубокие заблуждения, наряду с различными древними суевериями и предрассудками, сохраняются до настоящего времени.
Очевидно, что право складывается из множества правовых ограничений, каждое из которых разделяет соответствующую ему область общественных отношений на две части. В одной из них существует полная правовая неопределенность некоторого общественного отношения в виде никем не ограниченной свободы действий, так как эта  его часть является невидимой для права, а в другой – полная правовая определенность этого отношения, исключающая возможность какой-либо деятельности.  Разделяет эти части общественного отношения непрерывный скачкообразный переход от  его полной правовой неопределенности к  полной правовой определенности и наоборот.
Очевидно, что совокупность всех правовых ограничений образует общее внеправовое и общее правовое пространство.  
Очевидно, что совокупность всех общественных отношений представляет собой достаточно сложное образование, поставить которому в соответствие общее внеправовое и общее правовое пространство в целом не представляется возможным. Для   упрощения этой задачи следует рассматривать каждую независимую элементарную область общественных отношений в отдельности, которой будет намного легче поставить в соответствие свое элементарное внеправовое пространство.
Очевидно, что совокупность всех правовых ограничений, относящихся к некоторой элементарной области общественных отношений, образует собой соответствующее ей единственное непрерывное элементарное внеправовое пространство.
Очевидно, что совокупность всех элементарных внеправовых пространств образует собой общее внеправовое пространство.
Очевидно, что каждое правовое ограничение должно быть оптимальным, то есть, наиболее целесообразным в настоящее время.
Очевидно, что если все правовые ограничения, относящиеся к некоторой элементарной области общественных отношений, являются оптимальными, то они образуют собой соответствующее ей оптимальное элементарное внеправовое пространство.
Очевидно, что если все элементарные внеправовые пространства являются оптимальными, то  они образуют  собой оптимальное  общее внеправовое пространство.
Очевидно, что оптимальному общему внеправовому пространству всегда соответствует оптимальное общее правовое пространство.
Задача в том и заключается, чтобы, по мере возможности, точнее определить оптимальные значения всех правовых ограничений и получить тем самым наиболее точные положения образуемых ими непрерывных скачкообразных переходов, каждый из которых может быть либо замкнутым, либо простираться в обе стороны в бесконечность.  Только в случае достижения точных значений и положений мы получим пресловутое идеальное или абсолютное право, которое не будет допускать никаких разночтений в случае возникновения необходимости дать правовую оценку действиям того или иного члена общества.
Каждый шаг человека к свободе происходил не в связи с праздным сочинением всевозможных конституций, биллей и хартий, предоставляющих, якобы, каждому человеку всяческие права и свободы. Только противоречившие существовавшему праву последовательные переходы к более качественной общественной и экономической организации постепенно раздвигали пределы внеправового пространства, превращая при этом некоторые правовые ограничения в избыточные.  Получается, что возможен еще один случай идеального или абсолютного правового регулирования общественных и экономических отношений, которым может быть отсутствие каких бы то ни было правовых ограничений.  Понятно также, что этот случай будет всего лишь следствием перехода к некоторой идеальной или абсолютной общественной и экономической организации, которая, рассматриваемая в качестве конечной цели развития общества, едва ли будет достижимой, а рассматриваемая в качестве направления процесса совершенствования общества, будет единственно приемлемой. Однако многочисленные изобретатели в области права, одержимые теми же древними заблуждениями, все еще намереваются усовершенствовать человеческую самоорганизацию с помощью юридического крючкотворства.
Одни из них усердно сооружают некую загадочную химеру в виде идеального или абсолютного правового государства, которым может быть только такое чудовищное образование, как идеальная или абсолютная тоталитарная диктатура. Общество, в котором каждому человеку предоставляется более значительная свобода, должно быть в меньшей мере правовым, так как более обширное внеправовое  пространство образуется меньшим количеством менее значительных правовых ограничений.
Следующая разновидность изобретателей в области права настойчиво пытается сочинить всевозможные идеальные или абсолютные законы, долженствующие предоставить каждому человеку всяческие неограниченные свободы. Между тем, происходящее из «Уложения о наказаниях», право не может предоставлять никаких свобод в принципе, так как именно и только без каких бы то ни было правовых  ограничений человек будет наиболее свободным, осуществляя свою деятельность в безграничном внеправовом пространстве, прибавить к которому что-нибудь еще не в состоянии любое право. Только для того, чтобы неограниченная свобода каждого не обернулась разрушительным полномасштабным неуправляемым самопроизвольным процессом в общественных и экономических отношениях, необходимы достаточные правовые ограничения и ничего более. В принципе возможно предоставление свобод  путем законодательного исключения существовавших ранее правовых ограничений. В таком случае полное собрание законов превратилось бы в огромную многотонную библиотеку, освоить которую не было бы ни у кого никакой возможности. Все свободы предоставляются правом только по умолчанию.
Еще одна разновидность изобретателей в области права – это не в меру озадаченные правозащитники, требующие неукоснительного соблюдения неких мифических прав человека. Единственным действительным правом каждого отдельного человека может быть только лишь его право в отношении любого другого, проявляющееся в виде недопустимых отношений господства и подчинения, складывающихся в результате использования насилия в процессе неорганизованного взаимодействия. Никаких других прав у человека нет и быть не может в принципе, а есть одни только возможности для достижения настолько качественных условий своей жизнедеятельности, насколько позволяют ему его личные способности в условиях существующего несовершенства общественной и экономической организации.
Устранение рабства противоречило законам рабовладельческого государства. Устранение правовых ограничений рабовладельческого государства предоставило бывшим рабам более обширное внеправовое пространство. Тем самым рабовладельческое государство  превратилось в меньшей мере правовое феодальное государство, а бывшие рабы были превращены в крепостных. Никакой неограниченной свободы крепостные не получили равно как и никаких прав в отношении любого другого члена общества. Не получили они никаких прав и в отношении материальных благ, а только лишь возможность добывать их тяжелым трудом крепостного. Те же самые рассуждения являются полностью справедливыми и в отношении устранения крепостничества, а также в отношении будущего устранения остаточного белого рабства.
Только последовательные переходы к более качественной общественной и экономической организации будут представлять собой движение к  более неправовому обществу, в котором более обширное внеправовое пространство предоставляет каждому более значительную свободу действий. Устранение образующихся при этом избыточных правовых ограничений будет означать, что общественные и экономические отношения все в меньшей мере определяются законами, а все в большей мере самодеятельностью членов общества. Вот это и будет общественная самоорганизация равных возможностей, в которой все осуществляют свою деятельность в едином внеправовом пространстве. Вот это и будет гражданское общество, в котором нет места отношениям господства и подчинения, а есть только лишь руководство и исполнение в процессе производственной и служебной деятельности. Вот и приехали, господа ученые правоведы! Оказывается, для того, чтобы более правильно жить, надобно жить не по законам, а по понятиям!
Таким образом, дальнейшее совершенствование человеческой самоорганизации является самостоятельной, не зависящей от правового регулирования общественных и экономических отношений задачей, решаемой путем устранения единоличного распределения результатов совместной производственной деятельности..

31 мая 2018 года                                                                                    
  В.Я. Мач.

                                         

Комментариев нет:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...