17 сент. 2020 г.

ВПРАВЕ ЛИ КАЗАКИ НАЗЫВАТЬ СЕБЯ НАРОДОМ

Казаки от казаков ведутся.

Казачья поговорка.

Всё чаще ставится вопрос, и даже в среде самих казаков, что пора бы уж окончательно разобраться, кто они такие, этнические казаки начала XXI века – нация, сословие, этнос, субэтнос, народ или вообще какое-нибудь “братство”. И если казаки только спрашивают, то казакофобы открыто и прямо провозглашают давно протухшую псевдоистину, что Казачий Народ – это, якобы, ошмёток великоросского, образовавшийся из беглых с Московии крепостных крестьян. А когда им, имперцам, всё-таки доказали, ссылаясь на маститых учёных, что о казаках известно ДО введения в Московии крепостного права, имперцы быстренько «переобулись» и стали утверждать, что «ну, пусть крепостные бежали в Дикое Поле позже, но, значит, сперва казаки стали образовываться из беглых преступников, разбойников».
Ответ на этот вопрос требует срочного ответа, поскольку из-за появления взращиваемого государством “реестрового казачества” с его интернациональным составом в полный рост встала прямая угроза существованию казаков, как особой этнической общности, имеющей право оглядываться на скифов как на своих первопредков.
Главному редактору казачьего журнала “Казаки за Камнем” Александру Толкачёву переписывавшийся с ним адресат из Австрии, 70-летний соборный протодиакон Георгий Кобро, потомок белогвардейского офицера, высказал относительно Казачьего Народа свои возмущённые мысли. Его просто до негодования довела позиция казаков, согласно которой они – самобытный народ. То есть, как оказалось, даже спустя десятилетия в белогвардейской эмиграции оказалась всё ещё жива та же этно-идеологическая конструкция, из-за которой между русской “Белой Гвардией” и Казачьим Народом в годы Гражданской войны существовали острые противоречия, едва ли не ставшие главной причиной поражения обоих “временных попутчиков” (вынужденных союзников). В № 2 (8) за апрель – август 2017 года А. Толкачёв опубликовал это письмо, которое мы приводим в сокращении, выделив основные пункты, по которым русский эмигрант оказался не согласен с позицией сторонников казачьей этничности, при изложении своих доводов проявивший дремучую необразованность в отношении казаков, столь типичную среди великороссов. Протодиакон Кобро писал:
«Спасибо за присланную газету. […] Статья Ильи Качанова и его аргументация будто казаки – это народ, меня возмутила.
Интересный народ, говорящий искони исключительно по-русски (украинский – это ополяченный крестьянский диалект русского, а “балачка” – и вовсе потешный мужицкий говор), ходящий в русскую церковь, играющий на балалайке и гармошке, а “национальный костюм” – военная форма!
И почему это все наши […] считали себя русскими […] и гордились этим, а господа казаки, плоть от плоти русского народа, видите ли, якобы что-то иное?! Для меня это – измена русскому народу!
Что это за страсть: открещиваться от своей русской национальности? И все бывшие двенадцать областей расселения казаков – это же военные округа, а не республики!
Мы тут в эмиграции мыкаемся “в рассеянии сущие” уже сто лет, почти все давно ассимилировались, но всё ещё многие (как и я), считаем себя русскими и гордимся этим, а эти представители русского воинского сословия не желают быть русскими. Да это же курам на смех! И ещё раз повторю – предательство по отношению к своему собственному народу.
Ну и пусть катятся хоть на Аляску, хоть в Австралию, раз им Россия-матушка не мила. Там ещё место найдётся для этого народа. Может, выучатся на языке аборигенов разговаривать. […]
Особенно меня “достала” его (Ильи Качанова) оригинальная мысль, что, мол, почему это не было и нет хоров дворян и купцов. Как потомок служивого дворянства и отчасти купечества, отвечу: “Потому что и те и другие были делом заняты: дворяне служили в администрации и в армии нашей великой страны, а купцы занимались торговлей и приумножали благосостояние России”». Конец цитаты.
Видимо, по мнению потомка белогвардейцев, пока в России дворяне служили в администрации и в армии, а купцы приумножали благосостояние империи, казакам от безделья только и оставалось, что заниматься хоровым пением…
* * *
По своему характеру общности людей различают от самых эфемерных, весьма кратковременных (воинское подразделение, очередь куда-либо, толпа) до самых устойчивых (классы, этнические общности). Так вот “реестровое казачье сообщество” точно вписывается в определение первого порядка – эфемерной или кратковременной общности. Поэтому и говорить о нём не имеет смысла. Более сложно ответить на вопрос о казаках природных, наследственных, то есть этнических. Почему? Кажется, на первый взгляд, что ответ очевиден. Но…
Тяжёлые испытания выпали на долю казачества в страшные годы Гражданской войны и во время катаклизмов последовавшего за ней советского периода истории. Пройдя свой путь на Голгофу через кровавые события братоубийственной Гражданской войны, в полной мере испытав на себе жуткие проявления бесчеловечной большевистской политики расказачивания и пережив голод 1921 года, Казачий Народ оказался практически обескровленным. Прямые безвозвратные жертвы казаков на полях сражений, от эпидемий, террора и голода в процентном отношении к общей численности населения во много раз превзошли аналогичные показатели всех других народов бывшей Российской империи. Общие потери только наиболее дееспособного мужского населения в некоторых казачьих Войсках доходили до пятидесяти процентов от его довоенной численности. В эти же годы от болезней, лишений, массового террора погибли многие тысячи ни в чём не повинных казаков-стариков, казачек и казачат. Таков был печальный итог беспощадной Гражданской войны, несколько раз из стороны в сторону прокатившейся своими огненными фронтами по казачьим областям. Причём, этот итог оказался практически одинаковым для вовлечённых в смертельные схватки и “белых”, и “красных” казаков, и для тех, кто в длительных мучительных колебаниях безуспешно искал свой “третий путь” в революции и Гражданской войне.
Завершающими аккордами нанесённого Казачьему Народу уничтожающего удара явились сталинские социалистические преобразования. Кроме колоссальных людских и материальных потерь, казаки понесли и во многом невосполнимые моральные утраты. Прежде всего, к ним следует отнести важнейшие этносоциальные и морально-нравственные основы казачества как единого, осознающего своё общее внутреннее родство Народа. Все эти потери самым непосредственным образом сказались на последующей исторической судьбе казаков.
Скорее всего, в судьбе Казачьего Народа определяющее значение имели последствия большевистской политики расказачивания, сочетавшей в себе не только проявления массового террора, но и целенаправленные действия на подрыв и полную ликвидацию основополагающих элементов казачьей жизни (начиная с политики, основанной на стремлении покончить с этнической обособленностью казаков, включающей комплекс мер по переселению в казачьи области неказачьего населения и выселению казаков, перекройку границ бывших казачьих Войск, запрет на традиционную казачью одежду, переименование станиц в сёла и так далее). Нельзя игнорировать и последствия всеобщей революционной перестройки российского общества в период “построения основ социализма”. Нельзя сбрасывать со счетов результаты политических репрессий 1930-х годов и громадных потерь в ходе Великой Отечественной войны. А сколько было браков-смешений, чего до катаклизмов ХХ века казаки старались избегать?!
Вряд ли можно упускать из виду и влияние процессов формирования при Л.И. Брежневе “новой исторической общности – советского народа”, которые также могли оказывать влияние на этнокультурное сознание казаков. Каждый из отмеченных факторов в большей или меньшей степени сыграл свою роль в изменении как внешнего, так и внутреннего облика казачества. При этом, конечно, глубина и масштабность их воздействия была различной. Необходимо также разделять непосредственное влияние каждого из них на значительное, а иногда и кардинальное изменение социально-этнической и социально-классовой структуры казачьего общества. Таково было одно из следствий политики скрытого расказачивания. Причём, её проведение осуществляется и в настоящее время, при Путине. И даже ещё более грубо и бесцеремонно.
Не только отдельные слои населения, но и государственные структуры не хотят, а порой и не могут дать объективный ответ на вопрос о том, кем же были казаки в начале ХХ века и кем являются их потомки в начале XXI века. Ярким подтверждением сказанному могут служить изданные государственные нормативные акты, непосредственно относящиеся к Казачьему Народу (казачеству) периода его так называемого возрождения.
* * *
В газете “Донские войсковые ведомости” в 2003 году была помещена статья С. Казакова “Реалии и тенденции”, в которой, в частности, говорилось о национальной самоидентификации казаков:
«С 29 марта по 21 апреля 2002 года в Ростовской области специалистами Института этнологии и антропологии Российской Академии Наук проводились исследования по Федеральной целевой программе “Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе” по теме “Психология национальной напряжённости”. […]
Среди опрошенных казаков 83,3% не согласились с утверждением, что современному человеку его национальность должна быть безразлична, согласных было 11,1%. В работе определено, что такой результат – корпоративный признак, существенный для объединения казаков. Также, по результатам опроса, выявлено, что русские не слишком обращают внимание на этническую солидарность, поскольку сохраняют до сих пор ощущение, что они – хозяева своей страны.
По всем показателям, связанным с этнической принадлежностью, казаки высказали более радикальные оценки, чем русские, то есть проявляли большее стремление к замкнутости, что для русской культуры никогда не было характерным». […]
По мнению казаков, они отличаются от русских сплочённостью, религиозностью, образом жизни, традициями, патриотизмом.
Ответ на вопрос: “Любой ли русский может быть казаком?”, разделил респондентов примерно пополам. Те, кто считал, что не каждый русский может быть казаком, выделили причину в происхождении (надо родиться, по крови, казачьи корни).[…]
Здесь прослеживается основание для формирования феномена, которого нет ни в одной другой группе России. В целом национальная элита выстраивается по стандартному социальному образцу. Согласно этой модели в верхних социальных слоях структуры обязательно должны быть представители данной этнической группы. Повсеместно мы имеем дело с интеллектуальной, управленческой элитой, например, “якутский писатель”, “татарский бизнесмен”. А казаки идут по другому пути: выделяют надсоциальную прослойку этнической элиты. В качестве примера возможна некоторая аналогия со старообрядцами, которые считали и продолжают считать себя элитой православных, истинными хранителями “древлего благочестия”. Казаки как-то хотят “склеить” себя и русских. В глубине они ощущают себя русскими, включаются в более широкую группу русских, но хотят занять и иметь свою нишу, быть “суперрусскими”. При этом эмоциональная составляющая “казацкости” очень значима. Налицо амбивалентность в отношении к русским, а также соотнесение “казацкости” и “русскости” в себе, что влияет как на декларируемые позиции, так и на практическую деятельность современного казачества». Конец цитаты.
Это, повторимся, было в 2002 году. И с тех пор не только постоянно рос уровень национального самосознания у казаков, но и, вместе с ним, и даже как реакция на него, рос уровень неприятия казаков неказаками. Прежде всего, великодержавниками-великороссами, иначе имперцами, начинавшими улавливать, что казаки – это всё же совсем другой мир, нежели они, и при этом казаки ну никак не хотят по-хорошему, без возражений, без применения кнута быть ассимилированными.
* * *
Обратимся к мнению крупного специалиста в области отечественной истории новейшего времени (ХХ – начала ХХI веков) и истории казачества ХХ века В.П. Трута. Уж он-то нам всё объяснит. Итак.
«Этнос представляет собой не простую сумму признаков, а целостное образование, в котором ведущее место могут занимать его различные составляющие. В одних случаях на переднем плане может находиться единство происхождения, в других – языка, в третьих – уклад жизни и хозяйственно-бытовые особенности и так далее. В то же время этносом является не любая большая группа людей, которой свойственна общность определённых объективных свойств. Этносом признаётся только то объединение людей, которое осознает себя как таковое, отличает себя от других аналогичных объединений. Осознание членами этноса своего группового единства именуют этническим самосознанием. Его внешним выражением является самоназвание (этноним). Учёные-этнологи особо выделяют тот факт, что представителям любого этноса непременно присуще взаимное различие, антитеза (противопоставление) “мы” – “они”. Другими словами, основным определяющим признаком каждого этноса является его этническое самосознание (в обиходе оно, как правило, именуется национальным самосознанием). Вместе с тем, многие важные этнические признаки, как, например, различные особенности жизненного уклада, культуры, психики, не являются обязательными для всех этносов. С полным основанием к этой категории признаков этноса можно отнести и язык. То обстоятельство, что общность языка – это не обязательный этнический признак, постоянно подчёркивается в научной литературе. Ведь как совершенно справедливо отмечают этнологи, «если исходить из идеи “общности языка” как обязательного этнического признака, то немало народов автоматически “потеряют право” на это название».
В отечественной этнологии существует несколько определений понятия “этнос”. Наиболее распространёнными из них являются следующие два. С.М. Широкогоров называет этносом группу людей, “говорящих на одном языке, признающих своё единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладом жизни, хранимых и освящённых традицией и отличаемых от таковых других”. Ю.В. Бромлей считает этносом “исторически сложившуюся совокупность людей, обладающих общими относительно стабильными особенностями культуры (в том числе языка) и психики, также осознанием своего единства и отличия от других таких же образований”. Л.Н. Гумилёв определяет этнос как “естественно сложившийся на основе оригинального стереотипа поведения коллектив людей, существующий как энергетическая система (структура), противопоставляющая себя всем другим таким же коллективам, исходя из ощущения комплиментарности”, то есть ощущением подсознательной взаимной симпатии (антипатии) людей, определяющим деление на “своих” и “чужих”; проявлением антитезы “мы – они”. В этнографическом смысле термин “этнос” близок понятию “народ”.
При этом у казаков наблюдается особо заметное выделение определяющего этнического признака – осознание ими своего единства и чёткого различия по отношению к другим народам. Это находило своё отражение во множестве проявлений, наиболее заметным и распространённым из которых являлось постоянное подчеркивание самими казаками своего отличия от остального населения страны в социально-этническом плане. (В ответ на вопрос об их национальной принадлежности сразу же следовал ответ: “Я не русский, я – казак”. А в станицах и хуторах вплоть до сегодняшнего дня можно услышать: “Он – наш, а жена у него – русская”).
Принадлежность казачества к самостоятельной этнической социальной группе и его характеристика как этноса (народа) вполне оправданна и не вызывает сомнений. Причём, данное положение не находится в непосредственной зависимости от того, сторонниками какой из теорий происхождения мы являемся. В то же время нельзя не отметить и того, что процесс “перерастания” казачьего субэтноса в этнос, процесс окончательного оформления казачьего этноса со всеми присущими ему признаками окончательно не завершился. Он был искусственно прерван в период Гражданской войны. Причём особенно сильный удар по формировавшемуся “молодому” этносу был нанесён так называемой политикой расказачивания, воплотившей в себе как геноцид в отношении казачества как народа, так и насильственную ликвидацию казачьего сословия». Конец цитаты.
Вот так! Получается, что даже независимо от того, придерживается ли кто-то “беглохолопской” теории происхождения, а кто-то автохтонной – в любом случае казаки могут смело называть себя Народом, поскольку сами осознают себя таковым!
Учёными также высказывается мнение, что элементом национального самосознания становится стремление к образованию своей национальной государственности. То есть к тому, что провозглашено рядом казачьих организаций, среди которых и наш Всеказачий Общественный Центр.
Однако этнические корни своих предков всё равно не могут не волновать казака. Если он, конечно, не принципиальный “Иван, родства не помнящий”.
Теперь необходимо сказать несколько слов о современной национальной казачьей элите, поскольку без неё нереально ожидать подъёма нации из пепла десятилетий подавления и расказачивания. Казак-националист из Челябинской области Б.В. Мелёхин когда-то говорил об этом так: «Вообще-то, это понятие должно было первым стоять […]. Но я не могу ни дать определения (формулировки) этого понятия, ни назвать кого бы то ни было, к ней принадлежащего». А ведь ещё Сталин говорил совершенно бесспорную истину: “Кадры решают всё”.
Наверное, в дополнение к прочим бедам Казачьего Народа, в значительной части и отсутствие в его среде авторитетных лидеров, готовых к бескорыстному самопожертвованию во имя Казачьего Народа, предопределило плачевное состояние этнического казачьего движения, каковым оно выглядит в период В. Путина…
* * *
В 2013 году пресса очень много внимания уделяла делам казачьим. Да и действительно – столько наворочали… Первый среди донских войсковых атаманов современности С.А. Мещеряков уже предан земле. Отставка В.П. Водолацкого с поста атамана “Главной Донской Войски” портила нервы без малого год. Едва не анафемы сыпались на реестровых казачьих атаманов от митрополита Ставропольского и Невинномысского Кирилла. В Союзе Казаков России – громкие дела о выходе из его состава и исключении из списков. И на этом фоне как-то почти незаметно промелькнуло письмо академика В. Тишкова, написанное в ответ на запрос губернатора Ростовской области В.Ю. Голубева. Губернатор был вынужден обстоятельствами до конца прояснить: казаки – это кто такие? Народ или как?
Ответ академика РАН можно расценивать двойственно. В нём сказано, что иначе, мол, к казакам никогда и не относились! Ставят же при Переписи люди галочку возле слов “казак” и “казачка”? Выходит, казаки – народ. Но, пишет академик Тишков, благодаря современной геополитической обстановке (ассимиляторской, надо понимать?), казаки, всё-таки, имеют двойственную сущность. Вторая из них – русская! А как же украинская? Про черкасский, переплетённый с украинским (славянским) казачий корень, не помнит учёный?! Или не в состоянии просто сложить славян в одно целое и, что несколько сложнее, также сложить в одно целое и тюрков, а потом уже подумать о взаимосвязи и взаимовлиянии того и другого суперэтноса?
Тем не менее, правительство Ростовской области приняло к сведению первую часть рассуждений В. Тишкова и разослало циркуляр по отделам ЗАГС: “Можно регистрировать новорожденных детей как казаков”! Однако все проблемы на этом не рассосались…
Павел Сериков, атаман донского Зимовниковского юрта (реестровый, кстати!), говорил: «Народ до такой степени устал от долбления головой в стену! Вот теперь у нас и апатия…. Всем всё ясно: казаки – Народ. Только государством это не понято до сих пор. Я уже очень осторожно отношусь к всяческим нововведениям… Меня очень настораживает то, что возрождение… или становление Казачьего Народа идёт по пути… по узкой дорожке государственной службы. Нет или сведены к минимуму культура, искусство, социальные факторы, самоуправление. Что мы будем делать дальше? Какие блага получат казаки? Я, как юртовой атаман, не знаю ответа на эти вопросы».
А вот донской опричный, то есть реестровый войсковой атаман Виктор Гончаров так до конца и не определился: казак он по крови или по службе? В интервью под названием “Казаки – это воины! Но не только…”, он говорит: «По-иному себя не идентифицирую – только казак. В ходе Всероссийской переписи населения так и назвал себя, мои сыновья – тоже». Но буквально через пару строчек он же утверждает: «Это смесь почти всех народов Европы и Азии. В казачество отбирали тех, кто мог показать себя воином, это особый склад людей». Кто отбирал? Какой отдел кадров? Процессы смешения происходили естественным путём. Хотя, конечно, нельзя не согласиться с тем, что нет этнически чистых народов, о чём я уже неоднократно писал и в своих статьях, и в книгах. Но! При этом всё равно имеется, и мы просто обязаны ориентироваться именно на это, первоначальный этнический корень! Так что повторюсь: Казачий Народ – первоначально тюркское (скифское) племя. И от этого понимания мы и должны, как говорится, плясать, чтобы не раствориться в массе иных этносов, чего уже несколько столетий добивается с упорством маньяка российская власть. И лишь волею судьбы случилось так, что в Казачий Народ в течение веков влилось много славянской крови, сделав нас таким вот сплавом.
Ну да ладно, с Гончаровым всё понятно. Он – давно уже не казачий, а «общероссийский» чиновник. Но как понимать нечиновников, напяливающих на себя казачью справу и при этом утверждающих нечто подобное?! Так, участники одного из Кругов Ростовского округа реестрового ВВД помнят, возможно, трагикомическое выступление подобного Гончарову рядового реестровика: “Я в первую очередь дружинник, а затем уже – казак!”. Вот такие вот «дружинники по национальности» и есть лучшая опора ассимиляторской политике центральной власти РФ.
* * *
От имени Всеказачьего Общественного Центра я хотел бы предложить великорусским имперцам, не желающим признавать за казаками права называться самобытным народом, один компромиссный вариант, способный удовлетворить всех – и казаков, и русских. Вспомним историю России.
В 1839 году перед русским правительством встал “цыганский вопрос”. Цыгане кочевали по Бессарабии, Румынии, Венгрии, не желая знать никаких границ, податей, повинностей. Мошенничали, занимались конокрадством и, как же без этого, контрабандой. И при императорском дворе, только 4 года назад отменившем право казаков называться народом, возникла идея решить проблему, зачислив цыган в “казаки”. Разумеется, большинство их сразу ушло куда глаза глядят по известной традиции “табор уходит в небо”. Но многим понравилось, и цыгане составили почти четверть бывшего тогда Дунайского Войска, позднее ликвидированного!
Так вот в чём состоит моё предложение. Сегодня русские имперцы, не признавая за казаками права считаться самобытным народом, поголовно все признают такое право за цыганами. Предлагаю сделать взаимовыгодный обмен по типу “баш-на-баш”! Казаки признают цыган неотъемлемой частью великого русского народа, а русские имперцы взамен признают казаков самобытным народом! Ведь замечательная же идея?! Сами цыгане о нашем обмене ничего не узнают, а если и узнают, так невелика беда: всё равно ничего не поймут и будут жить как и прежде, со своими гадалками и баронами!
А имперцам останется при таком взаимовыгодном обмене только самая малость: вместо ранее придуманной “беглохолопской теории” происхождения казаков от русских крестьян, озвучить и распиарить “беглоскоморошью теорию” происхождения цыган от всякого рода русских шутейников, забавников и дрессировщиков водимых по ярмаркам медведей. Так мы и решим наш столь запутанный “казачий вопрос”. Кто за – прошу голосовать!
А под конец, оставив шутки, подведём итог нашим рассуждениям. Хотя, как известно, в каждой шутке есть доля правды. Порой совсем не смешной. В общем, с ситуацией всё предельно ясно: тот, кто “в первую очередь” дружинник, полицейский, кто угодно, включая и по определению своей национальной принадлежности, как “в первую очередь” не казачьей, – ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ Казачьего Народа никак считаться не может. Он – ЧЛЕН чего-нибудь. Но все другие казаки, которые не хотят называть себя “членами чего-то вроде бы как казачьего”, а желают быть именно представителями Казачьего Народа, то есть представлять его, а не состоять где-то в чём-то как-то созвучном – они и есть Казачий Народ. Тот самый, который, согласно утверждению выше цитированного учёного-историка В.П. Трута, имеет право на существование не по милостивому соизволению государственных органов и не по согласию представителей иных народов, не относящих себя к Казачьему. Который имеет право и быть, и называться Народом уже по одному только факту такового желания самих его представителей!
Многострадальный Казачий Народ… Он есть, он был и он будет в наших генах, в традициях, в памяти. Он – в каждой справе, веками обильно пропитывавшейся казачьей кровью… Он будет жить, пока будут жить его представители, которых всё равно никогда не смогут заместить «члены». Временно потеснить Казачий Народ, при мощнейшей поддержке власти, члены могут. Но только не заместить собой Казачий Народ, который есть, был и будет, сколько бы ни завирались представители других народов, утверждая, что казаки – это всего лишь ошмётки от других этносов. На этом убеждении стояли и стоять будем! 
 Александр Дзиковицкий. 
 (Данная статья является выражением личного мнения автора и не является общей позицией ВОЦ)

1 комментарий:

Дмитрий Юрьевич Огарков комментирует...

Следует помнить, что подобного рода публикации — это инспирируемые определёнными заинтересованными кругами попытки найти очередную линию противопоставления одной части единого народа другой его части.
Мы видим такие постоянные попытки на Украине, в Беларуси. Цель одна — развалить единый народ, противопоставив одни его части другим. Казачество, являющееся по сути особым способом военной службы — то есть профессиональной корпорации, преподносится как нечто своё национальное, противостоящее всему остальному. Это опасный путь. Это путь к развалу нашего государства.
Если мы будем потакать этому процессу, то так дойдём до противопоставления одной деревни другой, потому что у них разные народные песни, разные хозяйственные традиции и приёмы, а значит они представители разных народов.
Разделяй и властвуй — старый известный принцип. Надо постоянно помнить об этом.

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...