26 июн. 2020 г.

«Большое видится издалека»

«Живая Русь».
 Стрижов Юрий Васильевич,

Мудрость народов России. Предисловие к повести. В повести содержатся рассказы и статьи о походах и путешествиях, совершаемых со школьниками с 1983 по 2015 гг. Именно, рассказы, т.к. мероприятий было так много, что сам удивляюсь, как они в памяти не перемешались. По своему содержанию это художественно-документальная повесть, т.е. в ней почти нет вымысла, имена подлинные, многие фамилии искажены. Пишется же творение от первого, то есть меня, автора, лица. Все поездки, совершённые мною со школьниками, не будут включены в эту повесть: их было много (к тому же, я не знаю, сколько мне Создатель отмерил жить на Земле, т.е. иметь здоровую память и мышление). А начну повествование с двух небольших статей-размышлений: они поясняют суть совершенных мною поездок со школьниками, которым в год начала написания этой повести от 20-ти до 50-ти лет (сколько по времени будет писаться сие творение – «не знаю»). После фотографии указан мой, автора повести, жизненный путь: ведь события описываются мною, их организатором и руководителем, а, следовательно, информативным источником описываемых мероприятий является память. Поэтому подробности путешествий могут иметь неточности. Естественно, одиозные факты освещены не будут (неужели «себя, любимого» буду «шельмовать»: кстати, такой субъективизм в написании творений характерен для почти всех писателей, о чем очень хорошо пишет в своих произведениях С. Цвейг!).  
 Субъективизм повествования еще и в том, что поездки, походы и путешествия описываются сквозь призму 32-х летнего опыта работы педагогом-полевиком, т.е. по освещению с точки зрения их сути имеются погрешности, выраженные изречением древнегреческого философа Фалеса «Что мудрее всего на свете - время». Объективно то, что в описании путешествий содержится опыт, необходимый для работы педагогов-полевиков детско-молодёжного образования. По этому поводу очень хорошо как-то во время военного похода против народов России сказал полководец Наполеон (для меня, учителя истории, сей нравственный урод великим никогда не был): «лучше изучать опыт чужой, чем набивать шишки собственные и проигрывать дело» (после Бородина этот вояка войной бы на Россию не пошел, об этом хорошо скажет канцлер Германии конца 19-го века Ото Бисмарк, что «не ходите войной на Россию»: не послушал сей мудрости А. Гитлер и получил «по заслугам» весной 1945-го года). О педагогах-полевиках. Ими я называют специалистов по работе с людьми в полевых условиях, они архи актуальны, особенно в настоящее время: ведь очевидно, что теория есть лишь часть образования, тем более детско-молодёжного (надеюсь, читатель не сомневается, что образование человек получает всю его биологическую жизнь, следовательно, педагогами называются специалисты по воспитанию людей). Обучаясь в педагогическом вузе, получил знания не только по Истории и Российскому праву, но и по Археологии. А педагогические познания закреплял на практике работы с детьми и молодёжью во время проведения поездок с ними по теме «Живая Русь», а также организации и проведению школьных археологических экспедиций. Какие навыки практической работы были мною получены к моменту окончания педагогического института в 1988-м году, можно увидеть при чтении данной повести: ведь ее писал после 32-х летней педагогической практики работы педагогом-полевиком. Начало жизненному пути было положено во время моего обучения в стенах пединститута (в то время он назывался КГПИ). Опыт показывает, что, несмотря на внутриполитические сложности, данное направление работы с детьми выжило: оно нужно обществу людей. Только теорией, подкреплённой практикой можно научить человека полевой педагогике (а, студенты те же люди, только их суть в том, что они учатся в вузе). Более того, педвузы в первое время должны опекать вчерашнего студента. Такая практика была в России времен СССР (как было в столичных городах – «не знаю»). Сквозь призму опыта утверждаю, что в педвузах его студенты обязаны получать в специализацию по полевой педагогике (именно специализацию, т.е. дополнение к основной учительской профессии, к примеру «учитель истории со специализацией по археологии» или «учитель биологии со специализацией по полевой педагогике» и т.п.). В программу подготовки педагогов-полевиков необходимо включить теоретические занятия по технике безопасности и правилам оказания первичной медицинской помощи (мне пришлось сие изучать во время практической деятельности, что неправильно). Проводить указанные теоретические занятия должны специалисты, имеющие опыт практической работы с людьми в полевых условиях (в России времен СССР то были областные центры туризма, медицинские институты). Педагог-полевик сочетается с русским духом в образовании. Это означает, что духовность людей России и стран Западной Европы «не одно и то же» (кстати, народ государства США несколько веков назад проживал в странах Западной Европы и Африки, так что, по народной духовности не они, а индейцы коренные жители Америки, которой управляет государство США). Так что полевая педагогика в России была востребована всегда, но, не в странах Западной Европы, где леса и долины давно стали парками. Основной задачей школы России (и не только моей Родины) является воспитание человека. Т.е. образование дети и молодёжь школьного возраста получают не только и, не столько сидя за учебной «партой», сколько во время практической деятельности (так физиологически устроен организм ребёнка). Именно школьный туризм во всех его проявлениях (от спортивного до археологического) является той «палочкой-выручалочкой», которая выведет общество народа России из дурмана англосакского образования времен государства «Российская Федерация» (далее - РФ). В условиях почти полного уничтожения деревень только массовый школьный туризм вновь сделает народ России сильным физические, интеллектуально, а, главное – нравственно. Но, для массовости нужны кадры, я их называю «педагогами-полевиками». Размышления о достоверности исторических документов. Сия глава включена для того, чтобы читатель был внимательным к описываемым в повести событиям (с точки зрения их правдивости, в самом деле, мне, руководителю тех мероприятий хотелось бы быть «бароном Мюнхгаузеном», летающем на ядре на Луну, но, только потому, что последний средствами был обеспечен, не более). А, поскольку, педагогами-полевиками могут стать студенты педвузов, т.е. будущие школьно-вузовские работники, то сия глава будет актуальной. При чтении документов, а это повествование является художественно-документальным, включаем логику: прошло чуть более 30-ти лет с момента описываемых мною походов и путешествий, автором и руководителем которых был я, автор этой повести, и то, детали излагаются неточно (забыл). Теперь, обратимся к такому историческому источнику как «Повесть временных лет…» (он то уж точно «правдив»?). Его автор, а, нас заверяют, что им был монах Нестор, описывает события 100-летней давности (т.е. Нестор жил за сто лет до описываемых им событий). Таким образом, писатель в них участвовать физически не мог (тем более, быть их организатором и руководителем). Ещё одна маленькая деталь: его, монаха, как и само произведение никто в глаза не видел, т.е. о том, кто писал «Повесть….» и было ли само творение – «не известно» (до исследователей дошли копии того документа). Но, объективность сиего творения утверждает не кто-нибудь, а сама власть, попробуй, не поверь, мигом или в «психушку», или в тюрьму «загремишь» (т.е. правдивость документа подтверждается силой государственного принуждения, а сие никак не сочетается с наукой, сутью которой является убеждение на основе фактов). Еще одна деталь «правдивости» написания «Повести…» (допустим, что мы согласны с тем, что она, «Повесть..», достоверна, имеет подлинник и была написана монахом): была ли у писателя заинтересованность или зависимость от кого-либо? Автором «Повести..» был человек, зависящий от воли настоятеля обители. А мог ли он, сидя в келье, получая пищу и одежду, пользуясь в написании творения пергаментом и «ручкой» с чернилами писать что-либо неугодное монастырской власти (вообще-то пергамент «дорогое удовольствие», да и чернила также – рекомендую почитать об их стоимости учебник по Вспомогательным историческим дисциплинам (ВИДам))? Ответ очевиден. Казалось бы, должны быть неточности в изложении материалов в «Повести …» «хлеще моих». Но, «не тут-то было»: события в «Повести» излагаются в утвердительном тоне (словно автор был их участником, если «нет», то имел доступ в архив если не Папы римского, то уж киевского князя – «точно», только вот проблемка: ни Папы, ни архивов княжеских в те времена еще не было). Зато, судя по описываемым в «Повести…» событиям, жившие на территории России люди, были до принятия ими христианства «нелюдями», язычниками (толи дело европейцы, ну бань в отличие от «нелюдей» не знали, детей в рабство продавали и прочее явно неварварские наклонности имели - так то мелочь, пустяки!). Причем, сотни российских ученых как 20-го века, так и в настоящее время, получили научные звания кандидатов и докторов исторических наук за исследования документа «Повесть». На научных конференциях, кстати, стоящих больших денег, целые дебаты устраивались по поводу запятой или слова в том «историческом документе», подлинника которого никто из учёных в глаза не видел, т.е. его попросту «нет»). Очевидно, что заказчиком исторического «документа», а, может и его автором, является Кто-то не из России , скорее всего «партнёры» из англо говорящих государств (предполагаю, исходя из вопроса «кому выгодно», им, заказчиком, является светская или духовная власть (а, может, «вместе»!?)). Кстати, из документов, которые дотошные ярославские ученые обнаружили, сообщается о восстаниях протии власти, организаторами и идеологами которых были волхвы (т.е. жрецы исконно русской религии – сие пишу, являясь православным по вероисповеданию, авторитетом для меня является Библия, а не церковники, только «тс-тс», а то религиозная власть государства РФ обидится: к примеру, ее глава в 90-х был бизнесменом по продаже табака, так утверждалось в некоторых СМИ в 90-е годы 20 века). И это далеко не полный список «достоверных» письменных исторических документов. Ну, «хорошо», а какие информативные источники правдивые: конечно же, археологические: по обнаруженным материалам научные выводы делаются субъективные, но, сами артефакты «не лгут» (останки материальной деятельности людей утверждают о высоком или низком уровне развития их мышления: ведь те же крепости или города создавались людьми). Для детей и молодёжи школьного возраста важно то, что ребята, участвуя в работе экспедиций, постигали научные методы познания. Так что, погрешности у документов, особенно имеющих заказчика в лице государства или денег, большие. Заказчиком этой повести является не власть, не деньги, а любовь к людям Земли, желание жизни на Планете общества людей, а не биологических роботов, управляемых кучкой нелюдей (их помыслы об уничтожении человеческого общества озвучил «молодой человек», Дэвид Рокфеллер, ему на момент высказывания было чуть более 80-ти лет: он сказал, что в последующей жизни хотел бы родиться эпидемией, уничтожившей все живое на Земле – в месяц написания этой повести слова нелюдя сбываются: вероятнее всего, Дэвид план нелюдей Земли сболтнул по «молодости лет». Достоверность повести «Живая Русь». А, что же с достоверностью данного повествования, может оно такое же правдивое, как сочинения барона Мюнхгаузена? Как мне нравятся такие глубокие по смыслу вопросы, значит, не зря написана эта глава: информативным источником описываемых в Повести походов и путешествий являюсь я, их автор и руководитель (естественно, участник, меня можно даже «руками пощупать»). А кто же является заказчиком данной повести: ведь не сама же она писалась, а мы, люди, три раза в день питаемся, во что-то одеваемся и живем не как Карлсон на крыше. «Вопрос, конечно интересный» - сказал бы герой сериала «Менты». В год начала написания повести сохранились документальные подтверждения совершаемых походов и путешествий (в форме приказов, если, конечно же, их не уничтожили «партнеры»). А, по некоторым из них написаны видео рассказы. В отличие от имеющих заказ многих официальных документов, описываемые в данной повести походы и путешествия имеют неточности в датах и мероприятиях (фамилии действующих лиц искажены). Необходимо добавить, что описываются проводимые мною мероприятия как целые явления, т.е. имеющие «начало» и «конец». Есть некоторые исключения: к примеру, в города Средней Азии совершалось несколько поездок, о них сохранилось лишь несколько фотографий и одна дневниковая запись, совсем нет видеозаписей. Поэтому, конечно же, эти поездки имеют неточности, а их детали отражены как эпизодические рассказы. Вот с поездками и путешествиями, проводимыми в 90-х годах 20 века и в 21-м веке– все намного проще: сохранились видеозаписи, имеется множество фотографий (а, по некоторым поездкам составлены видео рассказы, некоторые из которых опубликованы в интернете). Да и времени не так много прошло с их совершения. Конечно же, деталей будет больше (ровно, как и достоверности в их изложении). Но, что совершенно точно, это были года капиталистического государства «Российская Федерация» (РФ), поездки были формально коммерческими, а, мы, уважаемый читатель, знаем, что детско-молодёжное образование коммерческим бывает только в обществе покорённой чужеземцами стране: ведь участниками путешествий были лишь те дети, родители которых имели фантики, называемые «деньгами». И еще знаем, что жизненный опыт дети и молодые люди получают лишь во время самостоятельных действий: в них опытный педагог нужен для подстраховки, ведь личного опыта у юных созданий очень мало. Т.е. очень многое зависит от руководителя группы, совершающей поход или путешествие. И, тут уместно вспомнить слова Л. Н. Толстого, участника боевых действий на Кавказе и в г. Севастополе, что «только опытный наставник может учить жизни». Добавлю, исходя из опыта работы педагогом-полевиком: ценою ошибки в поездках с детьми и молодёжью является их здоровье, а, то и жизнь. Может поэтому основным заказчиком написания данной повести является идея воспитания духовно сильных людей России (а, может, и мира). Может поэтому неточности деталей с лихвой будут компенсированы осмыслением опыта совершённых мероприятий. Немного о названии повести. Почему в названии есть слово «Живая»? Оно обозначает, что путешествия были реальными, а «Русь» - походы и поездки осуществлялись по России и странам-соседям. К примеру, первым в этой повести будет излагаться рассказ-быль о поездке со школьниками в Узбекистан: та республика входила до 1993 года в состав государства «Союз Советских Социалистических Республик» (СССР). Т.е. в слове «Русь» нет никакого национализма: смыслом этого понятия является человеческая духовность, а не принадлежность к той или иной нации или религии. Проект или дополнительное образование? «Ни то, ни другое»: слово «проект» нерусское, означает событие, которое планируется совершить. В данном повествовании описываются поездки, которые были в реалии, т.е. проектом они никак быть не могут, хотя «партнёры» этого очень сильно желают: ведь результатом развития массового отечественного туризма будет воспитание в духе силы народа страны, отдающего в год написания этой повести им, «партнёрам, почти даром богатства недр России (нефть, газ, природные ископаемые). По поводу «дополнительного образования»: ничего себе, «дополнительное»! Из каждой поездки возвратившихся детей с трудом узнавали родители: ребята в них взрослели, они приобретали живой, а не виртуальный личный опыт, который не получить, прочитав даже с десяток мудрых книг. По поводу эпиграфа. У каждого явления есть два конца: «плюс» и «минус». В одном из своих изречений древнегреческий философ Фалес сказал о том, что суть событий познаётся спустя время. Вот и выходит, что участники описанных поездок и путешествий в момент их свершения видели одни «плюсы» и «минусы», «сегодня», спустя годы, у них иная оценка. То же самое у читателя повести: в момент начала чтения будут одни мнения, совсем другими они могут быть по окончанию чтива. У студента: в годы учебы в вузе будет одно мнение о предстоящей работе, в момент ее начала – другое, а, по истечении двух-трех десятков лет «третье», т.е. величина события видится «издалека». Теперь, о приключениях в поездках: они, у нас, людей в мозгу. Так устроен человеческий разум, что он о прошлом помнит только «хорошее», а трудности вспоминает как приключения. К примеру: опоздание на поезд домой, в г. Куйбышев во время мартовской поездки на конференцию в г. Самарканд. В том 1987-м году это событие мною, но не ребятами, воспринималось как Чрезвычайное Происшествие (ЧП), в год написания этой повести – как опыт, достойный изучения (предки-славяне говорили, «за одного битого двух небитых дают»). Дети в том году и сейчас, став взрослыми, то опоздание считают приключением. Или, в одной из поездок у нас был ночной поход к мавзолею Саманидов в Бухаре: конечно же, приключение, но, не для меня, руководителя того путешествия. Теперь, остается «малое»: для кого актуальной может быть эта повесть. Конечно же, для молодых людей-романтиков и педагогов-полевиков. О романтизме хорошо сказала в своем интервью девочка Лиза (имя неточное, забыл), возвращаясь из мною же организованной и проводимой детской артезианской археологической экспедиции лета 2014-го года, Лиза под видеокамеру рассказывала, что называется «взахлеб», об экспедиции, в которой она провела 21-н день! Но, во взрослой жизни девочка быть археологом, после участия в реальной экспедиции, не желает, «передумала»: романтика «хорошо», но «она не кормит». Лизе, в момент моей беседы с ней, было 15-ть лет, она очень хорошо понимала свое женское назначение: «быть матерью и создателем уюта в семье». А в том году в России семью «кормила» женщина, а, не мужчина, такие порядки (методом условий) установили «партнёры» России руками чиновников («последние» являются, выражаясь юридическим языком, соучастниками преступления против своего народа, имя преступлению «геноцид населения страны»). Или, другой пример: Саша Г., парню в год начала написания этой повести 48 лет (!). Он в школьные годы несколько лет ездил во многие проводимые мною поездки-путешествия, а также в археологические экспедиции (экспедиции, в которых участвовал Александр, описываются в другой повести). Взрослый, имеющий густую бороду мужчина, отец двоих детей, с восторгом во время встречи с ним рассказывал о романтике путешествий, о том, как он ночью ходил смотреть сияние мавзолея в Бухаре, много романтических воспоминаний сохранил Александр об экспедициях. Но, в настоящее время Саша работает генеральным директором производства, никак не связанного с археологией, которой он отдал 4 года своей школьной жизни. Т.е. труд человека во взрослой жизни не имеет ничего общего с романтикой детства. Но, тогда «зачем утруждать тело и разум» - так рассуждают, лукавя, спецслужбы стран, названных главою государства РФ «партнёрами»?! Все верно (с их, «партнёрской» точки зрения): ведь дети и молодые люди получившие в юные годы образование подобное Александру становятся сильными, они их, «партнеров» в Россию пустят лишь как гостей, а, не как сейчас – хозяев земли русской., А, мудрые наставники, владеющие полевой педагогикой, подстраховывают детей, так сказать «соломку для них стелют». Конечно же, Александру и его домочадцам читать это творение будет интересно, тем более, на основе его воспоминаний написаны некоторые рассказы, в частности, в повести «Историко-археологическое лето» описывается случай, названный мною «Змеиный супчик». А в этом повествовании написан рассказ «Ты чего дерешься дед»: он также является плодом воспоминаний Александра (во время моей первой встречи Саша, вспоминая свою школьную юность, рассказал случаи, о многих из которых, в том числе о «змеином супчике», я и не знал!). Но, самой востребованной эта повесть будет для педагогов-полевиков. А о том, что специалисты данной профессии в России будут востребованы, что называется «к гадалке ходить не надо» (вопрос времени: ведь родившиеся дети становятся людьми в процессе их воспитания). Описанные в повести события имеют философский и педагогический «окрас»: не смотря на это, рассказы будут по форме доступными для чтения русскоговорящими студентами, педагогами и родителями России. Философия опыта: сравниваю с неживой природой, геологическим самородком, камнем алмаз. Он становится брильянтом лишь после его обработки. Так и эта повесть подобна обработанному алмазу: в ней описываются уже прошедшие походы и поездки со школьниками. Тем «детям» в год написания повести от 20-ти до 50-ти лет. Насколько качественной будет «брильянт», т.е. «услышан» опыт его исполнителями (педагогами-полевиками и родителями), покажет время (А. С. Пушкин хорошо по этому поводу скажет в «Руслане и Людмиле»: «и опыт, сын ошибок трудных…»). Но, предверят тому рассказу две короткие статьи-размышления: «первая» (по содержанию) о педагогике детского коллектива, а, «вторая» – об идейной сути всех освещенных в данной повести походов и путешествий. Статьи имеют по форме отличное от их содержания названия, «случайно» сие сделано или «нет» - можно понять, лишь прочитав написанное. «Искажение понятий «дедовщина» и «педофилия» Два конца в палке. Лежащую на земле палку взял человек для ее применения в качестве орудия труда. Через некоторое время условия изменились, палка стала ненужной. Так и события в жизни человека имеют конкретное содержание, но суть их с точки зрения последствия проявится спустя время, к примеру, очевидно, особенно для «партнёров», проявление «дедовщины» в сильной русской армии в 18-19-х веках и в настоящие дни, когда благодаря ей, «дедовщине, армия стала слабой . Необходимо знать, что как та палка имеет два конца, так и любое мероприятие имеет «положительное» и «отрицательное» значение. То, что положительно «сегодня» может иметь совсем неблаговидные последствия «завтра». Ниже, в данной статье будет описано, как сие сделано с обществом людей России посредством искажения понятия «педофилия» (только у людей последствия деяний исправляются очень длительное время). Это важно понимать для работы с людьми, особенно, детско-молодёжного возраста Искажение смысла слова «дедовщина». В 70-х годах 20 века, особенно в год написания этой статьи, общественность России, уверена, что слово «дедовщина» имеет отрицательное, т.е. плохое значение. Проявление этого очень хорошо показано в видео рассказе «Путешествия силы». Тут в памяти всплывает общение с товарищем, которое состоялось в году 2013-м (точно дату не помню): он назвал себя Мигелем, при этом «чуть что», крестился, уверенный, что от этого крепче Бога любит (дальнейшую беседу излагаю по памяти, в ней много мелких неточностей, для нас же важна её суть, т.е. содержание). А когда я сказал ему, что не в понятиях христианства отказываться от имени, данного родителями и, что имя Мигель вообще-то католическое, то мой собеседник на меня сильно «косо» посмотрел. А следующее мое высказывание его любви ко мне явно не прибавило: я рассказывал, что во всех проводимых мною с 1984 года экспедициях была дедовщина. После этой фразы я услышал поток гневных высказываний в мою сторону (со слов Мигеля я был преступником рода человеческого, при этом, собеседник, считающий себя «христианином», забыл библейское высказывание «вера без дела мертва», добавленное поговоркой предков народов России, что «ругать прошлое то же самое, что черпать воду решетом»). Называя в той беседе меня злодеем, Мигель летом 2015 года принял участие в работе проводимой мною в Крыму школьной экспедиции, в которой, кстати, также была дедовщина (после той экспедиции Мигель о дедовщине плохо перестал говорить). Итак, очевидно, что смысл слова «дедовщина» совсем иной, чем нам об этом через СМИ твердят «партнёры» (через СМИ, к коим, в том числе относится телевизор и интернет). Далее на основе примеров и рассуждений будет показано положительное и отрицательное значение слова «дедовщина». Безопасной бывает та поездка с людьми, особенно детско-молодёжного возраста, членами которой является коллектив, а не группа индивидуалов. Во время поездок важна единая команда, члены которой для аборигенов являются «незваным пришельцам» (именно ими мы, экскурсанты являемся для местных жителей, если, конечно же, они не зарабатывают на туристах деньги, к примеру, как жители Ялты или Турции). И, чем быстрее произойдет становление команды, тем меньше проблем люди будут создавать друг другу, а, следовательно, поездка для них будет романтическим отдыхом. Совершая поездки с детьми и молодёжью (последней была поездка с юными москвичами в декабре 2014 года в г. Нижний Новгород), всегда убирал сложности в формировании коллектива, т.е. единой команды. Одной из них является «неуставные взаимоотношения», именуемые в обществе 21-го века «дедовщиной» (отрицательное значение слова). Тут уместно сравнить животные отношения лидерства (отрицательное значение слова «дедовщина») и человеческие (положительный смысл понятия «дедовщина»): ведь основой «неуставных взаимоотношений» является стремление наладить отношения подчинения между членами группы посредством силы. У животных они основаны на физическом превосходстве (к примеру, медведи, встав на задние лапы, чешутся о деревья, тем самым они показывают свою физическую силу сородичам, мол «я сильнее и на мою территорию не входить»). У людей же, взаимоотношения строятся на основе человеческих взаимодействий (их объектом является передача опыта). Педагогу-полевику важно знать, что у детей и молодёжи школьного возраста взаимоотношения друг с другом строятся в точном соответствии с их предшествующим воспитанием (особенно, семейным: сильными духовно чаще всего являются дети из семей, в которых установлен патриархат, подчиняемыми чаще всего являются дети из семей без отцов). В этой повести сие будет показано на конкретных примерах («имеющий уши да услышит» - акцентировать внимание не буду: «некогда», да и не теоретик я, а – практик). Самым оптимальным является разновозрастной коллектив. Когда дети одинакового возраста, то часто выстраиваются между ребятами отношения подчинения посредством физической силы. И тут важной составляющей избежания «дедовщины» в животном смысле этого слова является роль руководителя группы (проявления детской «неуставщины» не так-то легко увидеть: дети умело маскируют «дедовщину» в силу их более легкой возможности запугать сверстников, кстати, «армейская дедовщина» вся строится на страхе). Так что же такое «дедовщина» с точки зрения её сути? Дедовщина в русской армии. Эта часть статьи поясняет суть происхождения понятия «дедовщина» (с точки зрения положительного значения слова). Кстати, именно благодаря человеческой дедовщине армия России была непобедимой до середины 20-го века (как «сейчас» - не знаю, «война план покажет», надеюсь, до физической бойни, подобной Великой Отечественной войне, дело не дойдет!). Большинству читателей известно, что в регулярной русской армии, возникшей в начале 18 века, солдаты служили 25 лет. Естественно, в ней были «новички» и «бывалые». Что-то ни одного случая проявления «дедовщины» в отрицательном значении этого слова не было (пример силы коллектива показан в видео рассказе «Майский гитарный поход»). В те годы, основным видом боя была «рукопашка» (полководец русской армии А. В. Суворов часто повторял, что «пуля дура, штык – молодец»). Одним из фактов, подтверждающих могущество армии России в 18-м веке, является битва на реке Рымник: в том бою сражались солдаты русской и турецкой армии (в те годы русским считался православный человек). Интересно соотношение сил: против одного солдата русской армии было 6 (!) турецких солдат! По всем правилам военного искусства того времени Российская армия должна была туркам проиграть. А «мы» выиграли ту битву, да так, что Турция сама, после сражения запросила мира, хотя ее щедро снабжали англосакские банкиры (только «тс-тс»: информация секретная, «партнеры» обидятся, тебя, уважаемый читатель, могут работы лишить). Если бы в русской армии была дедовщина, как она есть в армии государства РФ, ни о какой победе в том сражении и речи быть не могло. В армии России 19 века «дедовщины» в отрицательном значении слова «не было». Об этом очень хорошо бы рассказал Наполеон, но, он мёртв, а в том 1812-м году спасся только он и его гвардия, и то бегством (кстати, как утверждают историки из Сатирикона, западноевропейские страны, являющиеся «партнёрами» России, в 19-м и 20-х веках поимели привычку ходить в России «без спроса: Наполеон в июне 1812-го года, А. Гитлер в июне 1941-го – оба «западенца» почему-то полюбили «захаживать в гости» без приглашения в начале лета!). По сей день банкиры, давшие деньги Наполеону и Гитлеру на войну против России, «икают» от воспоминания: ведь средства были немалыми. Другой пример: дедовщина в Красной Армии в первой половине 20-го века. А как с ней дело обстояло? «Никак»: армию заново создавали в условиях гражданской войны, а, мы с читателем помним, что в начале 20-го века офицерами царской армии часто становились люди недворянского звания (готовили к 1-й мировой войне, а, получилось, создавали кадры для Красной Армии, проявилась поговорка «за что боролись, на то и напоролись»). Т.е. в Красной Армии была дедовщина как механизм передачи опыта от бывалых солдат новичкам. Медленно приближаемся к началу Великой Отечественной Войны (ВОВ). Летом 1941-го года почти все войсковые соединения Красной Армии, воюющие против войск А. Гитлера, были уничтожены (убиты или пленены). Казалось бы, России «конец». Но, в мае 1945-го года именно русский солдат праздновал победу над фашистами почти всех стран Западной Европы (известны люди, давшие средства на войну, но кто её автор?!). С точки зрения военной тактики сия победа «русских» была чудом (кстати, русскими «партнеры» называли, в том числе узбеков и таджиков). Можно быть уверенным, что в годы ВОВ в Красной Армии была дедовщина, но, в светлом, человеческом ее понятии. Следовательно, искажение слова дедовщина, есть идеологический подрыв мощи армии народов России. В этой части статьи показаны истоки искажения понятия «дедовщина». Была ли дедовщина в детском коллективе руководимого мною кружка «юный археолог» - однозначно «нет»: ведь походы с детьми такие же сложные, как и армейская служба солдата. Общее у парней одно: они дети, только телом старше или младше. Отрицательный момент «дедовщины» в детском коллективе убирался мною довольно жестко и решительно (о «генеральском сынке» история ниже). Рядовой Советской Армии. Эта часть статьи о личном опыте двухгодичной жизни в таком молодёжном коллективе как войсковая часть (средний возраст солдат в ней был 19 лет). Пройдя допризывную подготовку, в 1981-м году призвался на службу в ряды Советской Армии. И, как водится, пройдя курс молодого бойца», принял присягу (на верность народу России под управлением государства СССР). Звание было «рядовой», хотя к моменту поступления на службу имел диплом об окончании техникума. Номер части был трехзначным, а о том, что она была суперсекретной, узнал уже после демобилизации из армии. Во взводе было четыре призыва, выражаясь языком педагогики – подразделение было разновозрастным. Была ли у нас во взводе дедовщина: а как же! К примеру, после принятия присяги, проводились постоянные стрельбища в горах Алатау. До них от войсковой части было более 10-ти километров: там и располагался стрелковый полигон. Мы, солдаты, до него «шли» методом маршброска (т.е. пробежка, потом – пешком, и так весь маршрут пути до полигона). При этом, пока был молодым, я нес не свой автомат, весящий 3,5 килограмма, а – пулемет старослужащего, сие оружие весило 10 кг (!). После стрельбищ я же и чистил оружие (старослужащий, хитро улыбаясь, говаривал, что «стрелял – чисти», я поначалу оправдывался, что выпустил то всего одну очередь!). Зато в боевых условиях в случае выхода из строя пулеметчика я с лихвой мог его заменить: ведь оружие знал не только внешне, но изнутри. Или, другой пример дедовщины в армии: занятия по рукопашному бою часто проводились старослужащими (сами приемы показывал офицер, но отрабатывали мы их под руководством «дедов»). Чего не было: неуставных взаимоотношений, кстати, уголовно наказуемых деяний. На фотографиях: я после принятия присяги; назначен дежурным по взводу («молодой» – фотка на память, как особый отдел ее пропустил!); я – студент вуза после службы в армии. Рядом были войсковые части, состоящие из солдат одного призыва. В них дедовщина, с точки зрения отрицательного значения слова, процветала также пышно, как летняя трава после так называемого «слепого дождя». В чем причина (кстати, за годы работы педагогом-полевиком у меня ни разу не было команды, состоящей из ребят одного возраста, вот однополые «были», к примеру «азиатская экспедиция 1988 г»)? Во-первых, наш взвод по составу был разнопризывным: т.е. у нас, солдат, был разный уровень подготовки к несению воинской службы. Во-вторых, наш взвод имел боевые задачи (боевых операций за два года моей службы было две, но, могло быть и больше, т.е. как сейчас понимаю, мой взвод был форпостом советской власти в Средней Азии). Большую роль в человеческой дедовщине, т.е. системе передачи опыта, играл командир подразделения. Мы, солдаты между собою его звали Ус (меня в поездках и экспедициях дети «между собой» звали «ЮВ», этому званию я обязан дневниковым записям): командир жестко от «дедов» требовал знания нами, молодыми солдатами, техники владения оружием, рукопашным боем, знания устава Вооруженных Сил СССР (занятия проводились сержантом). После армии, став руководителем детской команды, делал то же самое (в более мягких формах). НО, об этом написано ниже в этом произведении. Т.е. методы и формы работы с коллективами в полевых условиях мною были почерпнуты из практики армейской двухгодичной службы (это я к тому, что практика у детей и молодёжи имеет огромное образовательное значение, так что, студент, участвовавший на практике в походах и путешествиях, получает образование, это очень хорошо понимало правительство СССР: у студентов дневных отделений была такая же проездная льгота как у школьников – на поезда дальнего следования 50 % от стоимости билета!). Беседа с офицером Советской Армии. На днях, а статью эту писал в конце мая 2020 года, беседовал с полковником Советской Армии (фамилию назвать не могу, он согласия не дал, а я спросить не успел, так что, уважаемый читатель, прошу не серчать). Мой собеседник, Сергей Иванович, в первой половине 70-х годов 20 века окончил Ленинградское высшее общевойсковое училище. Он рассказывал, что на «выпуске», как и его сокурсники, владел в совершенстве несколькими видами спорта, а, также тактикой «рукопашного боя». Те. офицером Сергей Иванович был, как сейчас бы сказали, высококвалифицированным. Естественно, он не родился спортсменом и офицером Советской Армии (в те года армия государства СССР была самой сильной в мире!). Большую роль в жизни сыграло детское воспитание (Сергей Иванович рассказывал о совершаемых им походах). Наша беседа длилась более часа (еще бы: мне интересно послушать «бывалого», а, что понравилось в общении Сергею Ивановичу – «не знаю», хотя могу предположить – «мой искренний интерес к его жизненному опыту»). Общаясь, предложил Сергею Ивановичу восстановить допризывную подготовку молодёжи хотя бы уровня государства СССР. Он тяжко вздохнул. После беседы я вспомнил, как за такие мои мысли полковник-полицай в 2015-м году назвал меня экстремистом, пожалел, что нет оснований моё тело в тюрьму посадить. В следующей части статьи описан случай проявления неуставных взаимоотношений в школьной экспедиции, начальником которой я был (по приказам ГорОНО). Юного археолога я из нее выгнал, так как его деяния уничтожали светлую духовность всех участников того полевого лагеря, т.е. тем «генеральским сынком» создавались условия, могущие повлечь травму, а то и летальный исход людей. Но, обо всем по порядку. Экспедиционная «дедовщина». С 1984 по 2015 гг организовывал и проводил школьные археологические экспедиции. В них всегда мною использовался принцип дедовщины: к примеру, дежурными по кухне я никогда новичков одних не ставил. Или, охрана полевого лагеря («да-да», не удивляйся, уважаемый читатель, охрану организуемого мною полевого лагеря осуществляли дети, у них был такой же функционал, как у взрослых сторожей: предупредить об опасности имуществу лагеря): в наряд ставил «старичка» и «новичка». Вспомнился случай с генеральским сынком (после той экспедиции за 30 лет у меня не было ни одного случая проявления неуставных взаимоотношений между ребятами). В том, 1984-м году, я первый год был начальником школьной археологической экспедиции. Её участником был сын генерал-майора (даже имени его не называю, оно редкое). Физически сильный парень, посредством рукоприкладства (мальчик имел возможность заниматься у опытных инструкторов) порученные ему работы заставлял делать других, физически более слабых ребят из той экспедиции. «Раз» ему сделал замечание, «два», а потом О. из экспедиции выгнал (в сопровождении «взрослого» отправил домой, благо в том году у меня была такая возможность). Осенью того же 1984 года пришел ко мне в клуб, руководителем которого я был, отец О. – долго жал мне руку, говоря, что я первый, кто дал парню в жёсткой форме урок (надеюсь, О., став взрослым, сей урок понял правильно: для меня был ценен он, а не положение его отца, кстати, имеющего возможность в том году меня отправить на военную переподготовку!). Так что же такое армейская дедовщина: «благо» или «зло». Может, права молодёжь России 21-го века, называющая нас, людей, родившихся и живших в свободной России и служивших в Советской Армии, «совками»? Молодые люди 21 века, как парни, так и девушки, уверенны, что дедовщина есть зло, к тому же, если что, «заграница нам поможет»: даст одежду, еду (про оружие молодежи говорить властями запрещено)?! Дедовщина в детских коллективах бывает всегда. Какой она будет: человеческой или животной, зависит от руководителя команды, мною названного педагогом-полевиком. Вот почему в данной повести эта статья является архиважной. Ведь детско-молодёжные походы и путешествия являются, с точки зрения сути, частью образования: в них воспитателями являются условия. Мой личный жизненный опыт показывает, дети и молодежь, в них участвовавшие хоть «раз», даже в условиях капиталистического государства во взрослой жизни становятся сильными как телом, так и духовностью. Искажение слова «педофил». В этой части статьи содержатся размышления о смысле этого понятия и последствиях его искажения «партнерами» из англоговорящих стран. Как у той палки, значение слова с точки зрения его сути имеет два конца. Определяющим является человеческая суть: любовь бывает духовная, т.е. человеческая, а бывает телесная (в чистом виде не встречаются ни у людей, ни у животных). Это очень хорошо знают «партнеры» из ЦРУ государства США («кто бы сомневался»!). Обществу России они, посредством СМИ навязали животное значение слова «педофил» («половое влечение к детскому телу, забывая библейскую заповедь, что «сначала вынь бревно из собственного глаза, потом замечай соринку в глазу соседа», т.е. по-русски «на себя-то посмотрите»!). Косвенно под это понятие подходят педагоги с мировым именем А. С. Макаренко и В. А. Сухомлинский, а также чешский педагог Я. А. Коменский: т.е., спустя незначительное время, сии «столпы» детской мировой педагогики станут животными педофилами, вопрос времени: а, что, многие чиновники из регионов рапортуют о виртуальном обучении педагогов по работе с детьми в полевых условия. Внимание педагогам, особенно «полевикам»: будьте бдительными, но, ничего не бойтесь, ведь страх общественного мнения не для педагога-полевика (постарайтесь избежать любого физического контакта с детьми и молодёжью). Народ России за 30 с лишним лет (с 1993 г. по настоящие дни) воспитан в отрицательном значении этого слова, как в теории, так и на практике (воспитателями человеческого разума являются СМИ). Руководитель группы, любящий людей по-человечески, априори не может быть животным педофилом. Приведу пример небоязни общественного мнения: один из походов 2014-го года закончился тем, что девочка лет 12-ти ударилась о «столб». Дама, как и её педагог «вошли в панику»: нога сломана! Не обращая внимание на взгляды проходящих мимо жителей г. Москвы, а дело было на Ярославском вокзале, я, поводя рукой по конечности, вывел заключение, что «перелома нет». Услышав сие, и девочка, и её педагог, повеселели, нога у ребёнка «исцелилась»: ученица, спустя некоторое время даже хромать перестала. Но это есть пример крайнего случая: педагог-полевик обязан владеть, как «отче наш» азами медицинских знаний, уметь отделять ушибы от переломов, знать на практике методику оказания первой медицинской помощи: именно медицинскую подготовку уровня «медицинская сестра» проходили все студентки педвузов России времен государства СССР. Почти все СМИ 21 века утверждают, что педофилия - это бранное слово. Листаю, имеющиеся у меня словари (они исполнены на бумажных носителях): в один заглянул, в другой, на всякий случай «пальцы послюнявил», ничего отрицательного в этом слове не нашел (в словарях до 1991-го года издания этого понятия вовсе нет). То, что слово импортное, т.е. нерусское или, как говаривали предки царей династии Рюриковичей, «поганое» - это факт (слово состоит из двух греческих, переводится как «любовь к детям»). А вообще, словари бумажные читать очень поучительно, особенно в молодом возрасте: ведь в них дается точное определение слов, которыми мы пользуемся. Т.е. выходит, что в соответствии со смысловым значением педофилами были такие великие российские педагоги 20 века как А. С. Макаренко и В. А. Сухомлинский, также педофилом был чешский педагог Я. А. Коменский! Бред или нет: и «да», и «нет» одновременно. С точки зрения «человеческая педофилия» и А. С. Макаренко, и В. А. Сухомлинский, и Я. А. Коменский были величайшими в истории земной цивилизации педагогами. Ведь родившийся ребёнок только в процессе воспитания становится человеком (или нелюдем: в 1941-м году в пос. Багерово убийцами детей были немецкие солдаты, средний возраст которых был 20 лет, т.е. им в 1933 году, когда к власти в Германии пришли фашисты, было по 10-11 лет, подумай, читатель!). Следовательно, у людей априори страсти к детскому телу не бывает, если, конечно же, через СМИ, не глушится их человеческое воспитание (посредством пропаганды животной половой похоти). Итог сией подмены понятий в настоящие дни очевиден: молодёжь народов России почти полностью перестала уважать старших, перенимать их жизненный опыт (утерян авторитет взрослых, являющийся основой жизни общества людей). Неуважение к старшим коснулось даже народов Средней Азии и Кавказа (лично был сиему очевидцем в г. Москве в 21-м веке). Совсем свежий пример (не тщись, уважаемый читатель, в год написания статьи ситуация в обществе России в отношении детей к взрослым еще хуже: авторитетом пользуются только родители и некоторые педагоги). Однажды, находясь в г. Москве, стал очевидцем любопытнейшей картины (даже год вспомнил – 2015-й): идущей по многолюдной улице курящей девочке-подростку взрослый мужчина сделал замечание (как специалист в области педагогики, предположил, что девочке лет 12-13-ть!). Девица на то замечание отреагировала: продолжая курить, она подошла к милиционеру (полицаю, ой, полицейскому, что поделаешь: в школьных учебниках по истории России 20 века стражей порядка называли милиционерами), что-то ему шепнула. В итоге, я видел, как мужчину «скрутили» и увели куда-то (предполагаю, в отделение полиции). Никто из «прохожих» за «бедолагу» не вступился. Зато, я видел, с каким достоинством, выпуская клубы дыма, пошла далее девица, кстати, будущая мама, а, скорее всего, «кукушка»: родившихся детей она предоставит государству (мол, «что хотите с ними, то и делайте»). Работая с учениками московских школ (через их педагогов) я такое отношение родителей к своим детям видел! К примеру, мальчик Илья: он участвовал во многих проводимых мною поездках, ему было 12 лет, его маме 26 (!), следовательно, зачала она его в 13-ть лет, для России времен СССР такое было бы невозможно. И это не единичный пример ранних половых контактов людей школьного возраста (кстати, мама того Ильи, со слов школьных педагогов, ни разу на родительском собрании не была). Итак, мы видим, что искажение понятия слова «педофил» приводит к уничтожению общества Страны. Этот пример мною приведен для показания сложности существующей ситуации в области детско-молодёжной педагогики в год написания этой статьи. НО, мы же русские (по духу): это наша страна, наш народ, нам ли его бояться (на радость «партнеров», которым наши дети нужны только на органы: тому же Дэвиду Рокфеллеру несколько раз делали пересадку внутренних органов, но, он все равно помер). Педагоги-полевики: ничего не бойтесь. Ваши действия, связанные со спасением людей группы будут всегда оправданы Творцом. Ой, забылся, ведь повесть о путешествиях, а не трактат по педагогике. Уголовный кодекс. Ещё немного рассуждений: их можно пропустить, но, они для раскрытия темы статьи важны. Открыв уголовный кодекс государства РФ (в вузе 5 лет была юридическая подготовка, в том числе был предмет «Уголовное право и процесс»), для верности еще раз поплевал на пальцы рук (мудрость от этого не прибавилась, но, так делают многие артисты в художественных фильмах 21-го века, а «кино надо верить», так учил доктор фашистской пропаганды Й. Геббельс), прочитал, какие же деяния являются преступлениями в настоящее время (естественно читал статьи о преступлениях против личности). Удивительно, но факт, статей «педофилия» или «дедовщина» в законодательстве нет: следовательно, эти деяния преступлениями не являются (меня в вузе преподаватели учили, «закон надо читать буквально»)?! Кстати, обнаружил любопытный факт: государство Российская Федерация (РФ) несколько лет жило без уголовного кодекса (УК): он принят в 1996-м году, а новая конституция государства РФ в 1993-м (видимо власть забыла о народе, бывает)! Перечитывая УК РФ, поразился сходству почти всех содержащихся в данном сборнике законов статей с подобными в УК РСФСР (а это уже плагиат): некоторые, наиболее недемократичные законодательные статьи, убраны. К примеру, развратом детей и молодёжи не является вещание через СМИ эротики (дескать, пусть родители следят за своими детьми, «доследились»: у меня были воспитанники, которые на 11-15 лет старше своих родителей, т.е. дети были зачаты, когда их мамам было по 13-15 лет, и это еще не все названо, что мною было увидено во время работы со школьниками в государстве РФ!). В год написания статьи все СМИ могут свободно вещать на юные умы то, за что в России времен государства СССР наказывались («партнеры» сие демократией называют!). Как отличить людей с отрицательным понятием слова «педофил» от педагога: практика показывает, что люди с животным влечением к детям себя проявляют очень быстро и, как правило, имеют примитивный уровень развития интеллекта. Таким образом, мною на примере двух слов, «дедовщина» и «педофилия» показано, что в России 21-го века Кто-то стал «в открытую», не стесняясь, искажать смысловое значение слов (в «открытую», т.е. используется сила государства). Читатель спросит, «а куда смотрит государство»? Вопрос «хороший», только вот центр государства РФ находится в США, сие утверждаю по факту, а не по форме: таки столицей России является, надолго ли, г. Москва. Естественен вопрос об авторстве: кто он, создатель идеи искажения значения понятий и терминов в русском языке (исполнитель понятен: чиновник государства «Российская Федерация»)? Еще в 1904-м году В. И. Ленин, основатель первого в мире социалистического государства, рекомендовал созидателя идеи определять по формуле: «задайте вопрос, кому выгодно?» Я бы добавил для сравнения любимейшую фразу «партнёров» (так англосакские государства называет глава РФ): «хочешь покорить страну, воспитай ее детей» (так называемая «пандемия» убедительно это показывает: кому она выгодна, явно не китайскому государству КНР). Кстати, официальные власти многих регионов сообщают, что они дистанционно обучают педагогов методам работы с детьми. Утверждаю, что это то же самое, что выйти нагим из бани на улицу, уверяя людей, что идешь в виртуальной одежде (из сказки: «а король то голый»). «Идейные». «Откровенная ложь, сказанная сто раз, Становиться правдой» Доктор фашистской пропаганды Й. Геббельс. Повесть начинаю с этой статьи-размышления неслучайно: ведь все мероприятия, совершаемые мною с детьми и молодёжью школьного возраста, исходили из ценности «человек», т.е. на первом месте была «идея», на втором – материальные блага. К тому же, источником рассказов является память, а это атрибут духовной жизни людей. Начну же этот рассказ с размышления об опыте человеческой деятельности, а, читатель, уверенный, что для него эта часть повести будет мало интересной, по-своему прав: ведь только для студентов педвузов и педагогов-полевиков сие творение будет учебником. 21-го мая, в день моего рождения: размышляю о том, что мне сегодня исполнилось 58 лет: их на Земле прожил, а, не существовал. Сижу в одиночестве с «пером в руках» (его заменяет клавиатура от компьютера, у меня слепая печать, так что, пишу, а не набираю текст). Описывая прошлое, как бы заново пребываю в нем, так что, по поводу возраста «старик» у меня нет никакой грусти, более того, предложи мне кто-нибудь заново прожить жизнь, я бы отказался сие делать: в этом отношении солидарен с автором рассказа «Голубая чаша», прочитанного мною в детские годы (автор Аркадий Гайдар). Т.е. никакой грусти по поводу «возраста» у меня нет: человек, живущий, а, не существующий, в возрасте «копника», т.е. старше 55 лет, осмысливает прожитое, накапливает мудрость. Печально будет, если не успею описать хотя бы часть имеющегося опыта совершения походов и путешествий с детьми и молодёжью школьного возраста (1983-2015 гг). В их основе лежала идея, суть ее в в приоритетной ценности «человек» (мы русские по духу, а не по национальности, вот почему педагог-полевик русская профессия). Волной воспоминаний накатились вузовские годы, ведь не всегда же мне было 58 лет: и я когда-то был молодым. Нашу группу студентов на курсе называли идейными: в неё входили я, Максим и Михаил. Оно и немудрено: для нас на первом месте была идея, на втором – материальные блага (они были нам крайне нужны, к примеру, я и Максим подрабатывали ночными сторожами в школе, во была халява!). Или, лекции по истории: я знал, что, преподаватель к занятию готовится, подбирает литературу. А, следовательно, он (или она) дает много дополнительного материала, который мне может пригодиться во время учительской работы. К примеру, ведет лекционное занятие по истории Средневековой Чехии преподаватель Сергей Борисович Семенов: конечно же, то же гуситское движение он начинает освещать с точки зрения его причин. Методически сие настолько верно, что актуальность такая метода не потеряла по сей день. Пользовался ли преподаватель шпаргалкой? «А как же»: в руке Сергей Борисович держал маленький листок с планом-конспектом лекции. Я делал то же самое, проводя уроки в школе. Зато любой вопрос, а школьники, как и студенты, иногда их выкрикивают «с места», перебивая речь лектора, не может сбить меня с направления занятия. Конечно же, для большинства группы мы были идейными. Будет ли идейным читатель – «не знаю, педагог-полевик им обязан быть, тогда все у него будет «тип-топ», ведь важен не столько поход или путешествие, сколько здоровье и жизнь его участников. Винно-водочный магнат. Более 5-ти лет назад, т.е. в году 2013-м, мне было предложено стать официальным представителем кандидата в мэры одного из подмосковных городов. За эту работу обещали хорошо заплатить («кандидат» так и не заплатил: выборы то он проиграл, может еще, по какой причине, к примеру, «нет денег», бывает, мы же русские по духу, не обижаемся, хотя обидно, что за работу не заплатил!). После беседы с жителями микрорайона, восседая в «небогатой» легковой машине импортной марки Мерседес, общался в «непринужденной обстановке» с «кандидатом». Из беседы узнал, что Николай Николаевич (имя неподлинное) в молодости учился на врача, окончив обучение в вузе государства СССР, т.е. получив бесплатное образование, людей не лечил, а где был до начала 90-х годов 20 века, не сказал, хотя я спрашивал. Зато «кандидат» с упоением рассказывал, что в настоящее время является собственником винно-водочных заводов в Нидерландах и других западноевропейских странах, покупателями производимого на заводах алкоголя являются жители России, управляемой государством РФ. Во время общения мною было сказано, что алкоголь является уничтожителем людей с точки зрения их сути. Добавил, что «сегодня» дети, «завтра» - родители. «Кандидат», врач по профессии, но, не по духовности, с удивлением посмотрел на меня и изрек фразу типа «да Вы опасный человек». В том году подумал, «чем опасный: материально нищий». Сейчас понимаю, что, как только детско-молодёжное образование вернем под контроль ценностей России, у «кандидата», кстати, дававшего клятву Гиппократа, мигом перестанет «течь» в его закрома прибыль в форме фантиков, именуемых долларами. Конечно же «кандидат» прав: для людей важна их духовность. Духовно сильное общество непобедимо (он явно это имел ввиду, говоря, что я опасен: ведь, став сильным, народ России перестанет потреблять алкоголь, следовательно, упадет его барышная прибыль). Размышление о пропаганде (является частью воспитания человеческого мышления): из документов известно, что доктором фашисткой пропаганды в немецкой Германии был Йозеф Геббельс (еще один нелюдь Земли, его, как бы ругая, хорошо рекламирует такое интернет-СМИ, как интернет). За окном опять послышался могильный голос, утверждающий, что в городе бушует эпидемия, т.е. эту информацию можно перевести (людское подсознание так и делает, минуя ее носителя, человека): «спасайся, кто может» (у кого средства еще остались, после выплаты налогов, ипотеки и прочих банковских платежей). Я невольно подчитал: это объявление звучит уже 50-й день. Врачи-специалисты утверждают, что никакой эпидемии нет. Но, обратимся к эпиграфу к этому рассказу: все идет по правилам нацистской пропаганды. Подумал, что «режим самоизоляции», введенный властями государства РФ, продлится еще 1,5 месяца, в аккурат до середины июля (т.е. ложь должна прозвучать 100 раз, чтобы в нее поверил народ России). Через несколько дней мои расчеты, невольно, конечно же, подтвердил главный врач-эпидемиолог Нижнего Новгорода (режим продлится до середины июля). Вспомнил Великую Отечественную войну (ВОВ), участником которой была моя бабушка, названная нами, её внуками Бабанькой (напоминаю дату ВОВ: 1941-45 гг, не обижайся, уважаемый читатель, работая школьным учителем в 21-м веке, лично видел незнание многими детьми России факта, что их Родину когда-то пытались захватить фашисты, с ними была война, названная Великой Отечественной. А уж ее дату вообще знали немногие школьники, словно это тайна какая-то была: а мы знаем, что, забытое прошлое событие обязательно повторится. Так, что, уважаемый читатель, готовься, авторы фашизма явно нашли исполнителей на новую войну (как бы мне не хотелось повторения ВОВ). Войну может предотвратить лишь сильный духом народ, ведь финансисты войны по своему духу шакалы, они силу боятся, так что, правы были наши предки, утверждая, «хочешь мира, готовься к войне». Ах, да, о Бабаньке – она в год начала ВОВ осталась одна с тремя детьми (её муж, мой дед, погиб во время бомбёжки эшелона, едущего на фронт, а старшим ребёнком была моя мать, ей в том 1941-м году исполнилось 8 лет!). Только духовно сильная женщина могла выдержать испытание типа того, что прошла Бабанька. В России того времени сильным был весь народ. Напрасно в годы своей учёбы в школе (первая половина 70-х годов) я пытался пригласить на празднование Дня Победы Бабаньку, уверенный, что она, является участником ВОВ (только тыла, а не фронта, еще вопрос, кому было тяжелее, сие вопрошаю, имея опыт службы в Советской Армии). Уверен, что нынешнее забвение российскими детьми истории своей Родины началось еще 60-е годы 20 века. Но, вернёмся к Великой Отечественной войне (ВОВ): любопытный факт, о котором мало кто знает, но, документы есть. В них утверждается, что по указанию Й. Геббельса комиссаров, т.е. идеологов Красной Армии, в плен было запрещено брать (напоминаю, что Йозеф был идеологом фашизма в Германии, а также реформатором школьного образования в стране после прихода к власти в ней А. Гитлера, кстати, мало кто знает факт, что в немецкую армию до 1943-го года не брали людей, старше 30-ти лет, т.е. тех, кто был школьником до прихода к власти А. Гитлера). За что же такая немилость к комиссарам: вроде бы оружием они хуже владеют, чем командиры Красной Армии!? Все верно, их оружием было слово: им они полки и дивизии поднимали в атаку. За что их было «партнеру» (нацистской Германии) любить («к стенке и точка»!). В Великую Отечественную войну сражалось два общества: капиталистическое и социалистическое (по духу русское). Т.е. посредством оружия воевали люди, а мы знаем, что сутью человека является духовность. Вот и выходит, что победил в ВОВ русский дух. Причины поражения гитлеровской Германии проанализировал новый идеолог фашизма Аллен Даллес. Ведь в ВОВ не была решена главная задача: уничтожение русского народа. А. Даллес еще в годы ВОВ разработал, а, после 1945 года начал внедрение идеологии холодной войны по уничтожению населения. Короткая справка: А. Даллес - первый директор Центрального Разведывательного Управления (ЦРУ) государства США). Читаю секретную записку «партнёров» из ЦРУ, при этом у меня, далеко не слабонервного, «волосы дыбом встают»: все написанное в ней осуществляется в настоящие дни (рекомендую читателю этот интереснейший документ перечитать, в интернете он опубликован). Позвольте, а где же был «щит» государства СССР (в лице Комитета Государственной Безопасности – КГБ)? Ведь эта организация должна была выставить защиту против агрессии «партнёров» (на идеологическую защиту уже в 60-е годы государством выделялись огромные средства, к примеру, работал институт изучения США, такой же был открыт в Америке: институт изучения России, только, уважаемый читатель, «тс-тс» - это секретная информация!). Утверждаю, если бы такой «щит» у СССР был, то не было бы «капитуляции», закончившейся подписание пакта на о-ве Мальта в декабре 1992 года (уверен, многие читатели об этом пакте ничего не знают: срок капитуляции России истек в 2016-м году). Кстати, сильно предполагаю, что ядерная гонка вооружения была отвлекающим маневром по расходованию в послевоенном СССР средств. Когда глава Советского Союза И. В. Сталин сие понял, то быстро скончался, не оставив преемника (но, это моя, авторская, исходящая из логики событий, точка зрения). Сутью человека является духовность. Вот почему сей рассказ размещен в начале этой повести: педагог-полевик, от действий которого будет зависеть безопасность всей команды, должен быть духовно сильным, естественно, обладающим умениями и навыками, полученными от опытных преподавателей и личного опыта во время учёбы в педагогическом вузе. Тогда будут найдены позитивные решения из, казалось бы, безвыходных ситуаций. Итак, усаживайтесь поудобнее, смакуйте над чтением первого рассказа повести, в путь! Азиатские путешествия. Предисловие. Все поездки осуществлялись со школьниками России времен государства СССР (Союз Советских Социалистических Республик). Школьно-молодёжное образование, особенно в удаленных от центра регионах и в сельской местности, почти полностью совпадало с ценностями коренных народов России. Другой особенностью данных путешествий было то, что их участниками были дети и молодёжь школьного возраста, а третью особенностью был тот факт, что мы почти не пользовались услугами экскурсоводов: дети самостоятельно изучали историю посещаемых памятников. В условиях современной экономической жизни народов России, когда капиталисты все меньше выделяют средства на детское образование, конечно же, формы бюджетной туристической работы со школьниками будут все более актуальными. Совершенно очевидно, что в настоящее время власть подменяет живую педагогическую работу с детьми и молодёжью России на виртуальную, т.е. уничтожается воспитание детей России, а оно может быть только «живым» (даже животным и то нужна «живая дрессировка»). В этом рассказе рассказано об опыте живых поездок со школьниками в города Средней Азии. Естественно, будут описаны возникшие сложности и приемы выхода из них. Всего их, поездок со школьниками в Азию, было несколько: первая осуществлялась в марте 1987 года (на конференцию – о ней будет первым рассказ), последняя – зимой 1993 года (в том году Узбекистан окончательно вышел из состава государства СССР: его правопреемником стало государство «Российская Федерация», в повести оно будет именоваться РФ). Цельным этот рассказ будет лишь частично: общим в нем будет объект путешествий (древние города Узбекистана) и их участники (школьники) и, конечно же, общим будет то, что их организатором и руководителем был я, автор этого повествования. Частностью является то, что об этих путешествиях описано мною с точки зрения 32-х летнего опыта педагога-полевика, а также то, что некоторые рассказы были написаны ранее. Эти поездки были реальными, излагаются «по памяти», поэтому при их описании могут быть неточными имена и фамилии их участников. Городской кружок юного археолога. Как водится, зачатие его было случайным («ой ли»: все случайное есть непознанная закономерность, может, кому из философов эта фраза принадлежит, не знаю, не читал). Начал свою работу тот кружок в городе Куйбышеве в 1983-м году, в подростковом клубе «Стрела», руководителем которого я был (собственником клуба был завод ГПЗ-4): его идейным вдохновителем был педагогический институт, студентом дневного отделения которого я в том году был. Конечно же, к занятиям «подключил» энергетический техникум, который закончил еще до службы в Советской Армии: в нем кружковцы изучали основы геодезии (нам сии познания пригодились в Дагестанской экспедиции 1986 года, о ней рассказывается в другой повести). Вскоре, с осени 1984-го года кружок стал работать в той же «Стреле», но от Областного центра детско-юношеского туризма г. Куйбышева. Т.е. у меня была возможность получать средства бюджетные (использую современную терминологию), а также негосударственные (от ГПЗ-4, тот завод закрыт в 90-х годах 20 века, как «нерентабельный», ведь подшипники то в РФ из Японии поставляются, зачем завод-то, а, то, что на нем около 100 тысяч (!) людей работало, так то для власти государства РФ «пустяки», как бы мне хотелось ошибиться, кстати, клуб «Стрела» был также ликвидирован). Т.е. к лету 1995-го года получилось как в той поговорке «ласковое дитя двух маток доит» (средства давало государство и завод!). Какое это имело отношение к описываемым здесь поездкам – самое прямое: ведь дети то в моем кружке занимались из малообеспеченных семей, т.е. на ту же конференцию, проходившую в г. Самарканде весной 1987 года поехали дети-труженики, а не ребята, родители которых могли оплатить расходы на поездку. Сознавал ли я это в том, 1987-м году, «вряд ли». Но, мною всё делалось, чтобы родители платили за поездку как можно меньше. К примеру, дорогу «в один конец» оплатил завод ГПЗ-4, а средства на питание и проживание дало государство (в лице ОблСЮТур, где в том 1987-м году я работал штатным преподавателем). Руководителем того кружка «Юный археолог» был я, автор этой повести (вот почему многие факты и истекающие из них выводы известны только мне, их руководителю). Мне в той поездке с детьми в г. Самарканд, с которой начну это повествование, было 24 года («молодость города берёт» - поговорка народов России). Можно добавить, что в том 1987-м году являлся штатным преподавателем по археологии Областного центра туризма г. Куйбышева, одновременно будучи студентом исторического факультета дневного отделения педагогического вуза (как такое совмещение «студент» и «штатный преподаватель ОблСЮТур» могло быть в СССР, «не знаю», но, было же!). Казалось бы, «ни там, ни сям», но, факты утверждают обратное: все году обучения в педвузе получал повышенную стипендию, т.е. был отличником учебы (не удивляйся, уважаемый читатель: в России времен государства СССР нам, студентам платили стипендию, а по окончанию вуза у нас не было поблеем с трудоустройством как теперь в демократическом государстве РФ, студент-выпускник или «безработный», или охранник!). 1-я поездка в Среднюю Азию. Несколько слов о команде. На конференцию в г. Самарканд в марте того 1987 года поехало 30 человек, из них двое руководителей (я и помощник Александр, студент истфака, с которым ездил в Дагестанскую экспедицию летом 1986 года). Это количество участников той поездки вспомнил лишь по билетам: обратно мы уезжали в купейном вагоне поезда из Ташкента (кстати, проезд наш, педагогов групп, был таким же льготным, как у школьников – 50 %). Поскольку экономически поездку на ту конференцию могли себе позволить дети из малообеспеченных семей, то, естественно, в ней участвовали достойные, а ими были лишь те ребята, которые участвовали в работе летних экспедиций, а также готовили доклады, т.е. занимались научно-исследовательской работой. Лучшими были ребята не по «кошельку» или «должности» их родителей: уверен, в годы экономической нестабильности народ России вынужден будет вернуться к этой системе набора ребят в походы и путешествия. «Позвольте, но, на конференции с докладами выступило лишь 7 человек, а количественно ребят, участвовавших в той поездке, было намного больше!» - подумавший так читатель будет прав, но, не совсем. Вообще-то поездка имела еще и огромное образовательное значение, и, будь у меня побольше педагогов, я бы взял в нее намного больше ребят. А, в том путешествии дети «недокладчики» входили в группу поддержки (по качеству команда ребят была достойной, это проявилось в одном из форс-мажоров того путешествия, описание его дано ниже в этом рассказе!). О подготовке докладов юными археологами. В этой части рассказа описывается методика подготовки школьниками докладов: актуальна для работы с детьми в настоящие дни (информативные источники поменялись, но, не методы обучения работы с ними). По положению о той конференции от нашего кружка могли выступить с докладами не более 7—ми юных археологов (участие ребят участников той поездки в одной из летних экспедиций было обязательным). В моем кружке ребята сами писали доклады (во многих мне известных кружках доклады за ребят писали их руководители, ими были научные сотрудники по археологии: а секрет сиего заключался в том, что подготовка докладчика-ребёнка занимает много времени, про умение данной работы с детьми я вообще «молчу»). Т.е. написание научного доклада имеет огромное образовательное значение: ведь ребята учатся жизни, а она в умении преодолевать препятствия, а, не подстраиваться под них (вот в чем вред написания кем-то доклада). Участвуя в работе летних экспедиций, дети делали дневниковые записи, в которые заносились в том числе рассказы взрослых археологов: это один из источников написания доклада (мною так и говорилось детям, что в графе «Использованная литература» необходимо писать «из личного дневника экспедиции САЭ-85»). Также ребята участвовали в обработке найденных летом материалов (ещё один из источников написания доклада). И, конечно же, ребята при написании докладов пользовались научной литературой. А, встреченные ими непонятные слова, они «переводили» в специальных словарях. Таким образом, дети, готовя доклады, свободно владели понятийным аппаратом. И это очень хорошо было видно на конференциях. Кстати, никто из тех кружковцев во взрослой жизни археологом не стал, хотя истфаки закончили многие ребята (дети хотели быть похожим на меня, их воспитателя). Этот факт является показателем правильной работы в области детско-молодёжного образования: археология была воспитательным средством, а не узкой специализацией (убежден: раньше 17-ти летнего возраста у парней она не должна быть, у дам – 15-ти лет, вообще-то их задача стать во взрослой жизни мамами и домохозяйками). Как видно, уважаемый читатель, в написании доклада дети использовали три группы информативных источников. Все они требуют от педагога не только умения с ними лично работать, но и владеть навыками обучения ими пользоваться детьми. Есть ли на это время у научных сотрудников – ответ однозначный: «нет». Вот почему ученым легче и быстрее самим написать доклад, нежели возиться с ребёнком. Изучение истории посещаемых памятников. Эта форма работы позволяет существенно снизить материальные затраты на школьную туристическую работу. Что является актуальным в настоящие дни, когда у государства РФ на воспитание детей нет средств (видимо по этой причине летом 2020 года живой детский загородный отдых заменён на виртуальный: «дёшево и сердито»). В той поездке её участники, кроме докладчиков, обязаны были подготовить и выступить на занятиях кружка с сообщениями об истории планируемых к посещению памятников истории. Делая на занятиях кружка сообщение, ребёнок получал опыт публичного выступления (жаль, не ученый – ведь сие направление деятельности очень актуально для теоретического изучения в науке «Педагогика»). В те года интернета не было. Поэтому детям приходилось в поисках информации посещать библиотеку. Вот тут мне и пригодился «мандат» студента истфака: в педвузе была богатейшая историческая библиотека во всем г. Куйбышеве (по богатству книжного фонда значительной являлась областная библиотека, но, туда «вход» школьникам был закрыт). Вход ребят в читальный зал библиотеки педвуза я обеспечивал (в те года в вузы вход был свободным, такой пропускной системы как в год написания повести, не было). Все, что я делал, обучал ребят пользоваться систематическим и алфавитным каталогами (в 21-м веке дети также самостоятельно подыскивали материал, только в интернете). Далее ребята заполняли «требования»: я по ним получал литературу (сам в те моменты готовился к семинарским занятиям). Конспектировали ребята литературу самостоятельно: у них вырабатывался навык выделять из общего главное (многие студенты моего курса этому обучились лишь к третьему курсу). Таким образом, дети в ту дальнюю поездку самостоятельно изучали литературу по памятникам планируемых к посещению в г. Самарканде и г. Бухаре (второй город посетили по поговорке «у ручья быть, да не напиться» - г. Бухара был в 6-ти часах езды на поезде от г. Самарканда, как было тот город не посетить!). Подобную методику работы с юными археологами я увидел в 2019-м году в детском клубе «Резерв, находящемся в г. Уссурийске (Приморский край). Занятия у ребят «Резерва» проводил не студент, а, опытный преподаватель местного суворовского училища. Он же со своими воспитанниками ездил в г. Владивосток на детскую научную конференцию (вот бы в Европейской части России воскресить подобную работу!). На фотографиях: Миша К. расчищает впускное погребение; занятие в лаборатории КГПИ; Дневник юного археолога Александра Г. (пос. Гундоровка, 1987-м год) На фотографиях показаны три источника докладов юных археологов. Конечно же, подобные формы работы и работа ученого несовместимы! «Приглашение» на конференцию. Оно являлось обязательным условием для открытия финансирования той детской поездки. Конечно же, о том, что мы будем участниками того мероприятия, я договорился с его руководителем из Малой Академии Наук г. Самарканда еще во время поездки в Среднюю Азию в начале того 1987 года. На основании пришедшего официального документа составлялась не только государственная смета расходов, но и писались приказы об ответственности за жизнь и здоровье школьников. В том «приглашении» определялось, что мы едем на конференцию, а не экскурсию, также прописывалось проживание и питание детей-участников поездки. Это был официальный документ, на основе которого мы могли получить средства от государства и завода ГПЗ-4. В «приглашении» указывалось, кто проводит конференцию, ее цели и задачи. В том же документе указывалось, что проживанием и питанием участников конференции МАН не обеспечивает, но, оказывает содействие в расселении на базе местного ОблСЮТура (а я в том году был сотрудником Куйбышевской СЮТур, поэтому без труда мною было организовано наше размещение на «базе» Самарканда и получен соответствующий документ). Этот механизм подробно описывается, потому что, опыт тех поездок будет актуальным после восстановления независимости России (мало кто знает, что в 2016-м году закончился срок капитуляции России в холодной войне с США, вот вам и «партнер»!). Немного информации о Малой Академии Наук (МАН) Узбекистана: она была организована в г. Самарканде при Институте Археологии в 70-х годах 20-го века (точный год мне неизвестен). Её руководителем являлся археолог, кандидат исторических наук (к.и.н.) Валерий Иванович Набоков (ни в г. Москве, ни в г. Ленинграде в те года, несмотря на имеющийся в этих городах блестящий научный потенциал, Малой Академии не было: в 80-х годах мною изучался этот вопрос при написании диплома, даже диссертацию написал о воспитании школьников, но, защитить ее не успел – государство СССР прекратило свое существование … - ой, это же повесть, а не мемуары!). Кураторство над МАН осуществлял доктор исторических наук Юрий Фёдорович Буряков (ученый с мировым именем, его работы есть в интернете: их «партнёры» не смогли «замолчать»). На мой взгляд «минусом» было то, что руководитель МАН нёс еще и нагрузку ученого, т.е. являлся держателем открытого листа: по нему он до весны занимался научной работой (раскопки городища Шахрухия). Т.е. времени на общереспубликанский уровень работы со школьниками Валерий Иванович, несмотря на возможности и личное желание, не имел. Этот опыт крайне важен: уверен, «рано или поздно» МАН будет работать в городах-музеях России (предполагаю, в г. Москве и г. Санкт-Петербурге, а, может, в других российских городах): я бы под эгидой МАН объединил все направления работы научной деятельности учеников и студентов. Родительское собрание (проводилось не только перед этой поездкой). Оно является важнейшим компонентом безопасности поездки (как в те годы, так и в настоящее время исключение могут составлять интернаты и детские дома). В последующие годы, когда я не работал школьным учителем, подобные собрания проводили классные руководители. На том собрании, а, проводилось оно за две недели до поездки, присутствовали все родители детей-участников поездки, в основном отцы (!). Конечно же, к тому собранию я готовился: по годам среди присутствующих на нём родителей я был самым младшим. Но, не по опыту: к тому 1987-м году у меня за плечами была не только служба в Советской Армии, но и проведение 9-ти школьных археологических экспедиций, в том числе в Астраханской области и в Дагестане. Опытными были двое родителей (оба полковника, зама командующего Приволжским округом). Они то и подсказали, как можно решить вопрос с безопасностью: был обозначен домашний телефон отца Максима, на который я постоянно звонил и сообщал о текущем состоянии дел в поездке (в те годы сотовых телефонов еще не было). С замиранием сердца пришедшие на собрание родители вслушивались в самый главный для них вопрос, финансовый (этот вопрос мною был озвучен в конце собрания: его обсуждение заняло несколько минут, а не часов, после каждой цифры шло её обоснование, потом составленную смету расходов утверждали путем поднятия рук). Помню, как заметно повеселели лица многих присутствующих на собрании людей, когда им сказал, что решены многие финансовые проблемы, в том числе по оплате проезда на поезде в «один конец» (оплачивает завод ГПЗ-4). Мною было предложено в смету расходов на поездку включить статью «экономическая безопасность»: родителям объяснял ее необходимость (в той поездке она была востребована, но, об этой необходимости рассказ ниже). А, если никаких форс-мажоров не будет, то эти средства будут использованы на нужды кружка и премиальными руководителя поездки (обратите внимание на разницу между «экономической безопасностью» и «коммерческой прибылью»). Родители это предложение поддержали единогласно (кстати, на оставшиеся средства с той поездки мы купили сухари к чаю). Естественно, все финансовые вопросы обсуждались только с родителями, но, не с детьми. Закрепили итог того собрания протоколом (все-таки у меня был историко-юридический факультет!). Кстати, по закону государства РФ от 1995-го года «Об общественных объединениях» сия форма работы легитимна (название закона может быть неточным). Для меня то было собрание людей, а не родителей: а какую практику я получил, проводя то собрание (кстати, не первое)! Ведь методике проведения родительских собраний в педвузе не обучают, как, в прочем и умении общению с людьми (ведь знать предмет «полдела», для его преподавания людям, тем более детям и молодёжи необходимо владение устной речью!). В последующие годы я видел в школах, к сожалению, в том числе Московских, как на собраниях унижали родителей (к примеру, вслух называли фамилию ребёнка и объявляли, что у него стоит в журнале «двойка»: для каждой нормальной мамы (кукушки не в счет) её чадо является самым лучшим, т.е., педагог, невольно, говорил всем, что данный ребёнок плохой – не повторяйте данных ошибок!). Еще раз: на собрание пришли люди, которые ждут помощи в воспитании своего ребёнка (хорошо помню, как ко мне, 22-х летнему, приходили родители, намного старше меня по возрасту и консультировались по вопросам поведения их детей: ведь в похода и путешествиях дети «снимают» маски приличия, одеваемые в школе). Проводились ли перед той поездкой занятия с детьми по технике безопасности – «нет»: ведь ее участниками были ребята, прошедшие экспедиционные «огни и воды» (а перед ними была сильнейшая подготовка по технике безопасности и правилам поведения). Начало поездки в г. Самарканд. Ждали ли той поездки ребята – «еще бы!». Волновался ли я, ее руководитель – «нет» (мне было банально некогда). А как вели себя родители в день отъезда: в точном соответствии с настроем их детей и руководителя поездки, они были уверены, что все будет «хорошо». Итак, наступил день отъезда: нам предстояло ехать на пассажирском поезде, едущем до г. Самарканда трое суток, зато через пустыню Кызылкум, в которой ребят поразили мусульманские кладбища, построенные из кирпича, при этом в земной жизни люди жили в глинобитных жилищах. Далее дорога проходила через станции Туркмении. Да тут одна дорога была интересной, романтичной: по сей день помню восклицания ребят, увидевших в пустыне пасущихся верблюдов! Конечно же, все участники поездки вели дневники путешественника (это занятие не только развивало логико-аналитическое мышление, но и письменную речь: многие те дети, став взрослыми, трудятся предпринимателями): т.е. распорядок дня в поезде был, что называется «железный». Впервые с детьми поехал на поезде ещё в 1984-м году: ребята из руководимого мною кружка принимали участие в работе Северо-Прикаспийской археологической экспедиции. Главным в той поездке был опытный руководитель кружка юных археологов Павел Петрович Б-н, также в той команде археологов были студенты истфака со старших курсов, в любом случае: первой у меня была поездка в сопровождении опытного специалиста, этот опыт важен для восстановления массового школьного отечественного туризма (конечно же, студенты, получившие в годы обучения подобную специализацию, будут в школах востребованы). Проживали на базе Областного центра детско-юношеского туризма г. Самарканда: она в том году располагалась на окраине города (как обстоит дело сейчас, «не знаю»). Хорошо запомнилось, что в палатах проживало по 10-15 человек, с/узлы и умывальники располагались на улице, естественно, в неотапливаемых помещениях, что для девочек представляло сложности, но, мы были молоды и настроены на романтику путешествия: ведь приехали на конференцию, а не нежить тело в комфортабельных условиях. Нашими соседями были юные археологи со всей республики Узбекистан (их почему-то особенно много было из Кашкадарьинской области и г. Мары). Ребята-узбеки пили воду из городского арыка, естественно без её кипячения: нас поразило то, что никто из них после такого водопития не заболел. Хорошо запомнился кадр, как наш юный археолог Кирилл З. решил показать юным узбекам танец «нижний брейк» (в те года появился такой танец, он требовал хорошей физической подготовки от танцора, Кирилл ею явно не обладал). Как сейчас помню, было множество детей, Кирилл танцевал в их кругу, а, когда он попытался что-то станцевать в нижнем положении, у него сие не получилось, он «брякнулся оземь»: узбеки, уверенные, что так и «должно быть» , дружно захлопали в ладоши (для справки: Кирилл З. – участник трёх Средневолжских экспедиций, Дагестанской и Северо-Прикаспийской, это в 14-ть то лет!). Научная конференция проходила в здании самого ИА, располагающегося за городищем Афрасиаб (так называется древний Самарканд, город до его уничтожения армией Александра Македонского, раскопки Афрасиаба в 20-м веке производились совместно сссровскими и французскими археологами). Хорошо запомнилось, как мальчишки играли на городище в футбол («дети же»!). По сей день у меня сохранились монеты, найденные юными археологами г. Самарканда на Афрасиабе после зимних дождей (те артефакты были из числа «подъёмки», мною часто использовались на уроках истории). Случай из поездки на конференцию хорошо запомнился. Он был описан в рассказе «Ты чего дерёшься, дед» несколько лет назад, а, поэтому более точен в детях. «Ты чего дерёшься, дед» Весенние каникулы 1987 года были для юных археологов подросткового клуба «Стрела» завода ГПЗ-4 г. Куйбышева особенно желаемыми: им, 12-15 летним «учёным» предстояла поездка на поезде в Узбекистан - в далёкий город Самарканд. Итак, команда подготовлена, билеты куплены в оба конца. В Самарканде нас встречал археолог Валерий Иванович Набоков (1939-2000 гг) – руководитель «Малой Академии Наук» Узбекистана (т.е. республиканское общество юных учёных). … Сами заседания, на которых ребята читали свои доклады, проходили в Институте Археологии УзССР, до которого от места нашего проживания надо было ехать на автобусе более часа (на базу проживания возвращались мы обычно поздно вечером: ведь не спать же приехали в Самарканд!). При этом, Валерием Ивановичем – организатором и руководителем этой конференции (а длилась она 5 дней) так была составлена её программа, что мы успели посмотреть как все достопримечательности Самарканда, в том числе, такие как Афрасиаб и Гур-Эмир, так и побывать в научных лабораториях Института Археологии. В Институте с нами встретился Заместитель директора, археолог, д.и.н. (доктор исторических наук) Юрий Федорович Буряков (умер в 2015 году). Этот учёный уже в тот отрезок его жизни имел всемирно известное имя, не чурался беседовать со школьниками и их наставниками. Во время той встречи с нашими юными археологами Юрий Фёдорович рассказал любопытный случай, который произошел в начале 80-х годов. В тот 1983 (а может 1984-й) год была у них в институте встреча советских и французских археологов. В зале Института Археологии вместе с маститыми учеными сидели дети в пионерских галстуках. Когда на трибуну поднялся 7 классник Виталий Орда и прочел доклад об уникальной находке юных археологов на городище Шахрухия, французские ученые аплодировали ему стоя. Они были удивлены, что в СССР дети привлечены к научным исследованиям. Французские учёные передали тогда юным археологам государственный флаг Франции со своими автографами. А потом, об этом случае написала местная Самаркандская газета. Через год, летом 1988 года мы, по приглашению Самаркандского Института Археологии участвовали в раскопках этого городища, оно называлось Шахрухия и располагалось на речке Сырдарья. Об этой романтической экспедиции рассказано в другом повествовании. В той экспедиции (лета 1988 года) другой наш отряд, под моим руководством, участвовал в раскопках городища Шахджувар (палатки стояли в заброшенном саду). Являлась ли Франция политическим противником нашей Родины или нет, ни я, ни дети не интересовались. В те годы, когда Страна была под юрисдикцией государства СССР, наше общество являлось настолько сильным духовно, интеллектуально и физически, что сие для нас, простых людей, было неважно: ведь мы жили в надёжно защищённой стране. Уверен, «Малую Академию Наук», как центр работы с детьми и молодёжью школьного возраста необходимо реанимировать в настоящие дни. К тому же, опыт ее работы имеется (были ли подобные организации в г. Москве и г. Ленинграде – «не знаю»). На фотографиях: гончарная печь на городище Шахрухия; экспедиция в горах Тянь-Шаня (я на ишаке); палаточный лагерь в горах Тянь-Шаня. Но, вернёмся к нашей поездке в г. Самарканд, на школьную конференцию, проходившую во время весенних каникул. Тот день, когда произошел этот случай по воспитанию вежливости, выдался солнечным (мы, за неделю до приезда в г. Самарканд в окрестностях г. Куйбышева катались на лыжах с ребятами-участниками поездки, а тут, в Узбекистане, ходили в одних рубашках, такое изменение климата для нас было необычным и, конечно же, супер романтичным!). На фотографии: в поезде Саша Г. и я с гитарой; загораем в конце марта на базе ОблСЮТура г. Самарканда; городище Афрасиаб (перед игрой в футбол). По утрам, как и во всех предшествующих поездках, делали зарядку, а, начиналась она с пробежки. Так было и в тот день: я и не предполагал, что вместо 15-ти мы будем бегать более 30-ти минут (мы банально заблудились на кривых узких улочках Самарканда). Поэтому времени до начала работы конференции у нас было, что называется, «в обрез». Позавтракав, мы уселись в нужный нам маршрут такого вида общественного транспорта, как автобус. Нам предстояло проехать на нем почти весь Самарканд, т.е. более часа длилась та поездка. По привычке наши школьники заняли все пустующие сиденья машины. Через некоторое время салон транспорта стал заполняться людьми, в том числе пожилого возраста. Я встал с занимаемого мною сиденья, не дожидаясь, пока меня об этом попросят. Не все ребята нашей команды сделали то же самое. С любопытством я наблюдал за детьми, сидящими на сиденьях (уже в те года я не мешал детям совершать ошибки, подстраховывая их, конечно же). Вот в салон автобуса вошел пожилой мужчина в чалме. Он подошел к сиденью, на котором восседал наш юный археолог Алексей (парень не принимал участие в работе Дагестанской экспедиции, поэтому обычаев уважения к старшим не знал). Видимо, старик не ожидал, что вместо того, чтобы уступить ему место, Алексей отвернёт свое лико в окно, сделав вид, что не заметил пожилого человека. Дальнейшая картина воспроизводится мною почти буквально, она, видимо, в моей памяти сохранена навсегда. Старик натруженной загоревшей ладонью слегка, а может, и не очень, ударил по затылку Алексея. Тот, явно не ожидавший такой прыти от «дедушки», ему сказал слова типа «ты чего дерёшься, дед». Пассажиры автобуса зашумели, возмущённые такой дерзостью юного отпрыска. Тот быстро встал со своего сиденья, бормоча что-то извинительное. В оставшиеся дни нашего пребывания в Самарканде ни один школьник не занимал сиденья в общественном транспорте, даже если, к примеру, тот же автобус, был полностью пустым. В те годы в г. Куйбышеве редкие школьники уступали место пожилым людям в транспорте (в столичных городах было «еще хуже», но, мы обусловились, что это повесть о поездках, а не детско-молодёжной педагогике). Руководителю поездок на заметку, опыт: чем вежливее к местным обычаям, тем большей безопасностью обладает группа. В тот 1987-й год, когда приехали в Куйбышев, Алексей рассказал об этом случае своим товарищам. Никаких воспитательных бесед по вежливости я с кружковцами не проводил. Но те всегда уступали места старшим в общественном транспорте и были учтивы с ними. О том, что в России наступит время тотального неуважения к взрослым, мы тогда еще ничего не знали (как и о том, что те дети, став взрослыми, будут безработными). Сможет ли сегодня в каком-нибудь крупном городе России взрослый так поступить с юным созданием? Если он ему сделает устное замечание, то, в лучшем случае взрослого обвинят в сексуальном домогательстве к ребёнку («демократия же»!). Т.е. Кто-то искусственно вот уже несколько десятков лет усиленно отлучает общество от контроля за воспитанием подрастающего поколения (зато виртуальное, т.е. внешнее воспитание всюду пропагандируется). Мне, как учителю истории хорошо известно, что неуважение к старшим являлось одной из основных причин вымирания древних обществ. В год написания рассказа «Ты чего дерёшься, дед» просматривал сводки о преступности в России начала 20 века: в деревнях не нашел ни одного противоправного действа. Зато полицейские отмечали рост преступности в городах: всё «верно, в деревнях дети были под присмотром взрослых, особенно пожилых людей, в силу возраста не участвующих в физических работах. В городах же такого догляда за молодёжью не было («делай, что хочешь»). Кстати, то не мое наблюдение, но, с ним солидарен: Великую Отечественную войну выиграло детско-молодёжное образование (в Красной Армии было уважение к старшим по возрасту и, естественно, безусловное подчинение старшим по званию). Вот почему в 1993-м году детско-молодёжное образование захватили «партнеры» из глубинного государства США («хочешь покорить страну, воспитай её детей»). В качестве опыта педагогам-полевикам: безусловный авторитет взрослых являлся одним из основных условий успешности той поездки на конференцию в г. Самарканд. Кстати, рассказанная в Библии методика воспитания: Иисус Христос поучал людей притчами. Я бы, будь действующим педагогом-полевиком, рассказал данную историю кружковцам: ведь реальный случай воспитывает лучше поучений. А мой знакомый директор интерната часто говаривал, что «моральные проповеди рождают негодяев». Обратная дорога домой, в г. Куйбышев: приключение. Завершаю этот рассказ случаем о нашем возвращении домой, в Куйбышев. 1 апреля того 1987 года в СССР впервые ввели так называемое « летнее время». Кому принадлежала эта бредовая идея, трудно сказать. Но, она была явно направлена против народа России: хотя нам твердили, что экономический эффект от той реформы времени огромный, на самом деле, ущерб производству был колоссальным. К примеру, о губительности говорит такой факт: на заводах и фабриках того времени работало много женщин, имеющих маленьких детей. Малыши привыкли вставать в 7 утра, чтобы, позавтракав, идти, естественно в сопровождении мамы, в садик. После 1 апреля малютки вынуждены были вставать в 6 утра! Стресс? Еще какой (как у детей, так и их родителей (какая тут производительность труда!)! В те годы, когда только что ввели летнее время, резко увеличилась детская заболеваемость, следовательно, мамы уходили в больничный отпуск, т.е. производство на некоторое время лишалось работника. Статистику о детской заболеваемости быстро засекретили (для общественности, не для спецслужб страны «партнера»). Так что, уважаемый читатель, та реформа по своей сути являлась геноцидом русского народа, она резко ударила по здоровью человека: а ведь именно они, люди, приводят машины и механизмы в рабочее движение. 1 апреля 1987 года был первый день учебы после весенних каникул, но, с администрацией школ, в которых учились ребята, мною их пропуск уроков был согласован. В тот день наша команда находилась в г. Ташкенте: ночевали мы на базе археологов (наш поезд отправлялся рано утром 1 апреля). Хорошо запомнился факт нашего опоздания на поезд (такое разве забудешь!): просыпаюсь по старому времени, а оно «новое» - летнее. В тот момент удар молнией был бы для меня легче воспринят, чем осознание того, что наш поезд через несколько минут отправляется в Куйбышев. Как сейчас помню: весь купейный вагон поезда «Ташкент-Москва» уехал пустым (в купейном вагоне 36 мест, наших было 30-ть, вот откуда я знаю точную цифру участников той поездки). В здании вокзала я был через час после отправки нашего поезда: сдал билеты, уплатив «неустойку» в размере 25 % от стоимости билета, приобрёл новые билеты на «завтра». Наша команда утром следующего дня уезжала домой, в Куйбышев (вот вам и проявление финансовой безопасности, у меня подобных ситуаций больше не было, но, их угроза была: в смете расходов эта статья обязана быть!). Вот тут и пригодился контактный телефон: утром этого же дня, имея новые билеты, я позвонил отцу Максима, сообщил ему о форс-мажоре, а также, чтобы он успокоил родителей ребят: «всё с их детьми нормально». Тот, по «цепочке» сообщил информацию о новом сроке прибытия нашей команды в г. Куйбышев, так что волнений у родителей не было (тем более, голос был мужским: а мы знаем, что «женщины любят ушами»). Как позже выяснилось, к тем ребятам, у кого не было телефонов, домой приходили солдаты (я забыл сказать, что отцом Максима был один из родителей-полковников). Но, на этом наши приключения не закончились (их не было, но, нельзя же допустить, чтобы «жизнь мёдом казалась»): вернувшись с билетами на базу, я был радостным в душе, но, не внешне (ещё бы: проблема с опозданием на поезд и родительской обеспокоенностью решены). Ребята не знали, что «завтра» мы едем из г. Ташкента домой, в г. Куйбышев. Мною трагическим голосом им было сообщено, что «нас постигло горе: дети из-за опоздания на поезд пропустят неделю школьной учёбы» (по сей день помню, как этой новости обрадовались ребята!). Далее сообщил, что средства на еду надо будет зарабатывать. После небольшой паузы, я радостным голосом сказал, что договорился с разгрузкой 65-ти тонного вагона цемента, беру на работу «самых сильных»: что тут началось, каждому хотелось быть полезным команде. Мальчишки стали соревноваться: самым сильным считался тот из ребят, кто больше всех отожмется от пола. Т.е., как мы видим, никакой трагедии из того опоздания на поезд мною, руководителем команды, не делалось, тем более, изменить я ничего не мог. Опыт: только, находясь в состоянии спокойствия и уверенности, мною были приняты правильные решения по выходу из создавшейся проблемной ситуации. Вывод из этой истории однозначен: руководителю группы психологически надо быть готовым к форс-мажору, не поддаваться панике во время его наступления. И, необходимо помнить о предварительной подготовке: в самой поездке ничего изменить нельзя (сие правило подтверждалось во всех последующих путешествиях, о них ниже). У меня был случай спустя 10 лет после той поездки: во время начала майского двухдневного похода пошел дождик. Могла возникнуть дождевая паника у детей и их педагогов. О том, как была решена проблема с палатками и пищей в том двухдневном школьном мероприятии, описывается в этой повести в рассказе «Майский гитарный поход» (только во время практики у людей воспитывается психологическая устойчивость). Конференция юных археологов в Ташкентской области. Проходила та конференция в начале июля 1988 года. Как и в «прошлогодней» о сроках ее проведении я знал в январе, т.е. заранее. Это важно: ведь ребятам и мне, их педагогу, необходимо время для подготовки докладов («прошлогодними» мы не пользовались: ведь важен не доклад, а воспитание его посредством ребёнка, в год написания этого рассказа тем детям-докладчикам около 50-ти лет). Местом проведения конференции была Ташкентская область. Почему она проводилась летом, а не во время весенних каникул, мы уже не узнаем никогда, ибо ее автор и организатор, В. И. Набоков умер. О той конференции у меня не сохранилось никаких следов (ни дневниковых записей, ни фотографий). Хорошо запомнилась моя встреча с детьми на железнодорожном вокзале г. Куйбышева: все ребята, как и было им рекомендовано, пришли с коротко остриженными головами. Лишь двое парней: Олег и его младший брат Саша, пришли лысыми. На мой недоуменный взгляд ребята дали речевой ответ, что мол «жарко же». И, действительно, когда наша команда приехала в г. Ташкент, встречающий нас Валерий Иванович, сказал, что «вам повезло: сегодня прохладно, всего 46 градусов тепла в тени, вчера было 52!» (на солнце жара увеличивается на 30-40 градусов, в тот день я впервые шел по плавящемуся асфальту: оказывается для жителей г. Ташкента то нормальное явление). Конференция проходила в г. Аккурган Ташкентской области: длилась она три дня, а проживали и питались мы в детском лагере (в нем пересменок был). Хорошо запомнил, что доклады читались ребятами в самом городе: в нем после 12.00 улицы были пустынными, позже мне пояснили, что летом в дневные часы никто на улице не появляется: жарко. Реферат участника нашей команды Саши Г. был признан одним из лучших по содержанию: читал его Саша маловыразительно, вот почему к нему было много вопросов у взрослых археологов. Вообще-то в том году у парня, которому исполнилось 16-ть лет, тем летом была 10-я экспедиция: он был участником нескольких Средневолжских, Дагестанской, Северо-Прикаспийской экспедиций! Случай со змеёй. После обеда и «тихого часа» я и ташкентский археолог Михаил Рэмович Тихонин пошли купаться на местную речку Ангрена. Привыкший в Средневолжских экспедициях ходить по земле босиком, я и тут не удосужился одеть на ноги обувь, чему был сильно удивлен ташкентский археолог. С ребятами остался второй руководитель группы (детей, хоть они и ребята опытные, оставлять одних не желательно). Как сейчас помню, иду себе по дороге, что-то рассказываю Михаилу Рэмовичу. Неожиданно он останавливает меня: по дороге нашего следования с шипением от нас уползала гадюка. В тот день до речки я так и не дошел: мы повернули назад, за обувью. А тут и ужин поспел. После него был «вечер знакомств», на котором каждая команда должна была представить концертный номер (об этом было написано в Положении о той конференции). Вообщем, не до речки было. Закончилась та конференция для нашей команды участием в работе узбекских археологических экспедиций, о чем рассказано в другой повести. И всё-таки, уверен, проводить подобные конференции надо не летом, в разгар полевого сезона: весенние каникулы самое удобное для них время. А их организатором и руководителем должен быть специалист, не имеющий открытого листа: ведь ученый и организационная педагогическая работа - мало совместимые явления. Тем более, что конференции подобны вершине айсберга: они являются лишь малой частью работы педагога-полевика. Гвардейский коллектив. Естественно, за 5 лет работы у меня сформировался коллектив кружковцев (дети от 12 до 17 лет). Я его называю гвардейским, т.е. супер надёжным. Что говорят словари о слове «гвардейский»? Имеющиеся у меня книги «в один голос» утверждают, что это слово «импортное», т.е. поганое (итальянское). Одно из трех его значений больше всего подходит к теме данного рассказа (опубликовано в словаре иностранных слов): «название лучшей, отборной какой-л социальной группы..». Обратимся к истории: у главы государства Турция гвардейцами в 15-м веке были подразделения янычар. Теперь, «теплее», т.е. ближе к России – в ней гвардейские полки впервые были введены царем Петром-1 после его заграничной «командировки» в страны Западной Европы («без загранпаспорта, без визы, да еще и под чужим именем!» - так пишут историки из «Сатирикона»). Гвардейскими были самые надежные войсковые части, на которых держалась власть в России (напомню, что госпереворот Екатерина Великая совершила именно посредством гвардейских полков). Вернемся в Западноевропейскую страну, именуемую Франция: её глава, полководец Наполеон летом 1812-го года напал, без объявления войны, на Россию: у него была гвардия, которую он «пускал» в самые ответственные моменты. Такой же гвардией была команда юных археологов из «Стрелы», которая сформировалась в походах и экспедициях с 1983 года. В действительности: в том, 1988-м году мною защищался диплом об окончании вуза, у меня была свадьба, т.е. казалось бы «не до конференций и школьных экспедиций». Но, мне множество текучих дел помогали делать родители детей команды. А их самих готовить к поездкам не приходилось: достаточно вспомнить, что участниками той ташкентской конференции 1988-го года были ребята «бывалые», опытные. На фотографиях: Северо-Прикаспийская экспедиция; Дагестанская экспедиция; Средневолжская экспедиция. Конечно же, коллектив, чтобы им был, должен обязательно пополняться новичками (об этом очень ёмко в своих работах писал А. С. Макаренко). Но, я в том, 1988-м году знал, что с детьми выезжаю на конференцию, а потом – в экспедицию, последний раз (далее по распределению мне предстояло уехать работать учителем в село). Поэтому пополнять кружок новичками в 1987-м году не стал. При переходе на новое место работы, начал создавать новый коллектив, хотя, «сердцу не прикажешь»: ведь с детьми из «Стрелы» прошел, что называется «огни и воды» (к тому же, они у меня были первыми). По опыту знал, на формирование нового коллектива уйдет минимум год, а то и два. Но, в том, 1988-м году долго работать школьным педагогом мне не пришлось: был рекомендован на работу инструктором орготдела в Райком Партии. Мне, не имеющему жилья, с женой и маленьким ребёнком «на руках» от такого предложения отказаться было невозможно (квартиру дали в течение нескольких месяцев). НО, ребят «не бросил» (именно так бы они восприняли мой уход от них на новую работу). Археологический кружок у них продолжал вести. А в 1989-м году совершил с ними и их педагогом поездку в Среднюю Азию, о чем повествуется ниже. Педагогам-полевикам на заметку: если ведущей ценностью в работе будут люди, т.е. дети и их родители, но, без фанатизма, то у вас все получится. Ведь ребёнок и его мама, мир и людей видят сердцем. Теоретические знания даст учеба в вузе, имея 5-ти летнюю практику, о ней написано в повести «Самарские скифы», с дипломом будет получена самая востребованная в свободной России специальность: педагог-полевик. Как сказал один из моих воспитанников: «поменьше спите, вкуснее живите». Путешествие с сельскими школьниками. Предисловие к рассказу. Об этом путешествии сохранились дневниковые записи, которые были дополнены за 20-ть лет до года начала написания данной повести. В те года подобных поездок со школьниками в Среднюю Азию не было во всем городе Куйбышеве (как обстояло дело в столицах, т.е. в г. Москве и г. Ленинграде – не знаю). В 1988-м году после окончания педвуза по распределению поехал учительствовать в сельскую школу (в ней в том году обучалось около 900-т учеников). Почему село: в той деревне была церковь, к тому же, действующая. Уже осенью того же 1988-го года мною была организована и проведена игра «Зарница», в которой приняло участие около 500 детей! Казалось бы «радоваться», но, именно после нее меня пригласили на работу в орготдел Райкома Партии (в СССР была одна правящая партия – Коммунистическая). Отказаться от предложения «работать в РК КПСС» я не мог: ведь для меня была важна экономическая составляющая. А о том, что, работая в райкоме Партии, я получу опыт административной государственной работы, в том году не задумывался. Бесстрашный школьный директор. Руководителем школы, в которой я начал работать в 1988-м году, был Александр Иванович Кузнецов (имя подлинное). А почему «бесстрашный»: так он отвечал за поездку учеников его школы в Среднюю Азию (тем более, ему осталось несколько месяцев до ухода на пенсию). На чем основывалось бесстрашие Александра Ивановича, хорошо разбирающегося в людях: конечно же, на жизненном опыте. Летом 1989-го года мною проводилась экспедиция, участниками которой были ребята из его школы (райком Партии пошел мне навстречу, но, об этой экспедиции рассказано в другой повести: «Историко-археологическое лето»). Исходя из личного опыта, Александр Иванович знал цену полевой работы педагога. Мне из личной беседы с А. И. Кузнецовым было известно, что 25-ть лет он проработал директором сельских школ (эта, крупная по количеству учащихся, была у него последней: в 1990-м году он из нее ушел на пенсию, ему исполнилось 60-т лет!). Молодой Александр Иванович, как и все парни послевоенного времени, по достижению определённого времени отслужил три года в армии. А, после окончания педвуза работал учителем истории несколько лет в сельской школе. Александр Иванович рассказывал, как с ребятами, у которых он был классным руководителем, ходил в походы. Через несколько лет его, учителя истории, рекомендовали на должность директора школы: в России времен СССР было обычной практикой ставить во главе школ учителей-мужчин. Опыт жизни государства СССР показывает, что такой кадровый подход был верным: в той сельской школе, о корой речь идет в этой повести, во время директорства в ней Александра Ивановича не было ни одной склоки (работая в РК КПСС, владел полной информацией об этой школе, кроме неё курировал работу еще 19-ти подобных ей в том районе, так что, у меня есть с чем сравнить). Предварительная подготовка к поездке. Конечно же, началась она с приглашения: само по себе оно «с неба не свалится», его надо организовать. Наш кружок, работавший в той сельской школе, был приглашен Сиабским дворцом пионеров г. Самарканда на творческую встречу, проходившую в его «стенах» во время осенних каникул. В «приглашении» было оговорено, что проживать наша команда будет в общежитии медучилища, но оплата проживания, питания, а также проезда должна осуществляться командирующей организацией. Вот с этим приглашением я пошел к генеральному директору фабрики, на которой работало большинство родителей кружковцев. Важно умение вести переговоры (нарабатывается опытом, тут труды разведчика Д. Карнеги мне сильно помогли, «нет», не его толстая книжка, в которой много «воды», а – её конспект, составленный аналитическим отделом спецслужбы КГБ СССР, её преемником в год написания рассказа является Федеральная Служба Безопасности РФ). С директором договорился, что фабрика оплатит проезд участников поездки в «один конец». После этого «разговора» мною был составлен маршрут поездки: поездом из г. Куйбышева мы едем в г. Бухару, там проживаем на базе СЮТур несколько дней (тут помогли связи, оставшиеся после моей работы в Куйбышевской ОблСЮТур). А потом едем в г. Самарканд на творческую встречу. Обратно возвращаемся из г. Ташкента (фабрика оплачивала проезд «по безналу», следовательно, нам надо было выехать из пункта отправления поезда, таковы были правила проезда по ж/дороге в России времен государства СССР). И вся эта подготовка проводилась до начала учебного года. Следующим этапом предварительной подготовки было формирование участников поездки, а также поиск педагога (им стал военрук школы Олег Владиславович, фамилию не помню, а в дневнике она не записана: фабрика оплачивала проезд только двум взрослым руководителям, мне и педагогу школы). До этой поездки совершал путешествия с городскими школьниками. Конечно же, разница, что называется, «бросилась в глаза». За две недели до поездки состоялось родительское собрание: извещение о дате его проведения родители через своих детей получили заранее. Школа в том селе была одна, а время проведения «собрания» назначалось на вечер: оно начиналось в 19.00 (родители к этому времени успевали с работы приехать домой, поужинать и прийти в школу). Что меня удивило: на собрании, посвященном дальней поездке, присутствовало менее половина родителей детей её участников (в том селе никогда даже однодневных детских походов не было, я об этом позже узнал, уже после поездки). Такая родительская ответственность меня озадачила, но, я «промолчал», зная правило, что «в чужой монастырь со своим уставом не ходят». Тем более, что ту поездку возглавлял школьный военрук (формально, фактически – я, в том путешествии двоевластия, как то было летом 2004 года, не было). Предполагаю, что сия родительская «активность» исходила из сельских особенностей работы педагога. Финансовый вопрос пришлось обсуждать «половинчато» (т.е. не со всеми родителями). Мною было сказано, что фабрика оплатила проезд на поезде в «один конец» (то производство было закрыто в середине 90-х годов20-го века): сия новость присутствовавшими на собрании людьми была встречена без особого восторга. Позже, мне мой напарник по той поездке, школьный военрук Олег Владиславович сказал, что в среднем рабочий фабрики получал з/плату 350 рублей в месяц (в том году средняя зарплата по СССР была 220 рублей). Сколько было участников поездки – сведений в дневнике «нет», по памяти могу сказать, что их было около 20-ти человек (я по смете расходов такую цифру предполагаю). Основными участниками того путешествия были 13-15-ти летние парни: почему девчонок в то путешествие не брали? Вся проблема в длительности поездки: она продолжалась две недели, а также в сложности с гигиеной. Т.е. по степени тяжести это была такая же сложная поездка как Северо-Прикаспийская экспедиция, куда женщин не брали. Т.е. как мы видим, предварительная подготовка является основной составляющей успеха поездки. Кстати, совсем «не факт», что руководителем путешествия может стать его организатор: ведь в самой поездке ничего изменить нельзя. Проезд до г. Бухары. Мои дневниковые записи сообщают, что 28 октября 1989 года наша команда села в поезд «Москва-Ташкент» (покупку групповых билетов в те времена осуществлять было несложно). Ехать предстояло двое суток, до г. Ташкента (поезд был скоростным, но, «проходящим», поэтому по безналичному расчету билеты на него купить не было возможности, а фабрика оплачивала проезд только «по безналу»). Перед поездкой был составлен распорядок дня в поезде, в который входил, в том числе режим питания (я планировал его на собрании обсудить, но, сельским родителям, в отличие от городских, сие было не важно: они знали, что с питанием «всё будет нормально»). Записи сохранили, что был подъём у детей в 8 утра (т.е. фиксированным, а не «спи, сколько хочешь»), после чего московское время перевели на «ташкентское» (разница в три часа). Питание в поезде было общекомандным и, конечно же, организованным (список продуктов был утвержден на родительском собрании – «молчаливое согласие родителей»). Также записи сохранили информацию о том, что в поезде был видео салон: парни ушли в него на просмотр видео фильма без моего разрешения (позже выяснилось, что ребята отпросились у Олега Владиславовича, на вечернем Совете я перед ребятами повинился: дети это восприняли с должным уважением, ведь в них я видел людей, а не школьников). О видео записях. Для жителей г. Куйбышева в том году видеомагнитофоны были в диковинку (не для москвичей: для них сия забава не была новинкой, у многих жителей столицы СССР видеомагнитофоны были в личном владении, власть содержание видеокассет не контролировала никак: а зря, их содержание явно противоречило УК РСФСР, иными словами – то был настоящий идеологический опиум для народа). Что уж про жителей села говорить, особенно детей: для них виде фильмы были новинкой! Поезд, являющийся скоростным, надолго по времени останавливался на нескольких станциях: во время остановок мною было запрещено ребятам выходить из вагона на платформу. Опыт показывает, что сие было правильным решением. На станции, расположенной недалеко от Аральского моря (в год написания повести – море высохло, стало большим болотом), дети купили шерсть (по цене 7 рублей за моток, что было очень дешево для нас, жителей европейской части СССР). С купленной шерстью ребята «таскались» всю поездку («любишь кататься, люби и саночки возить»). Утром 30 октября наша команда прибыла в г. Ташкент. Нас встретили юные археологи общества «Самарские скифы» (руководителем той команды был Евгений Михайлович П., дети его панибратски называли «Михалыч»). Мнение: между воспитанниками и их наставником должна быт «дистанция», внешне она выражается в обращении. Об этом очень хорошо рассказывал в своей лекции вузовский преподаватель по «педагогике» Николай Михайлович Магомедов: ему было 16 лет, а его воспитанникам по 24-ть, никто из них не смел называть его Коля. То же самое верно в мире взрослых людей. А в той поездке я в миг нашей встречи лишился взрослого человека («Михалычу» в том году было 17-ть лет, он был студентом педвуза исторического факультета). Прибыв в г. Ташкент, мы, позавтракав в общепите, забрав вещи группы «Михалыча» на археологической базе, погуляли по городу, а, вечером на южном вокзале города сели в поезд «Ташкент-Китаб», проходящий через г. Бухару (ехали 12 часов, т.е. ночь, удобно!). Пребывание в г. Бухаре. Мало, кто знает, что железная дорога до г. Бухары не доходит 10 километров: станция прибытия называется Каган. В тот день, 31 октября утром, наша команда (кружок Евгения Михайловича стал частью нашего коллектива), села на рейсовый автобус и, заплатив по 20 копеек за билет кондуктору, прибыла в центр г. Бухары, где располагалась база проживания, на которой нам предстояло прожить несколько дней (в той поездке все финансовые вопросы решались мною, её руководителем, детям что-либо покупать без моего разрешения было запрещено). Место расположения базы проживания было удобным: рядом с нею находились основные памятники старинной Бухары. На этом комфорт проживания заканчивался (сколько раз после той поездки я видел, что школьникам комфорт проживания безразличен, бывали случаи, когда вообще мы на матах ночевали: Ленинград, Звенигород, но, об этом ниже). Нас не удивило то, что на базе не было душа, что умывальники и туалеты находились на улице. К этому можно добавить, что отопления на базе проживания не было никакого. А осенью по ночам в г. Бухаре холодно: ведь географически город находится в пустыне, к тому же – осень! Естественно, в такие спартанские условия девочек брать, что называется «себе дороже». Тем более уже в том, 1989-м году, власть в Узбекистане была слабой. Как мы видим, в таких условиях успех поездки полностью определялся опытом её руководителя, т.е. моим (это очень хорошо понимал Александр Иванович, об этом он говорил мне во время одной из беседы с ним). Где питалась наша команда? В Бухаре в том году с питанием сложностей не было: в городе работало множество частных «кофеюшек», в которых поварами были мужчины (в г. Бухаре повар – мужская профессия в отличие от России). Вечером мы пили чай с лепёшками в чайхане, расположенной недалеко от базы нашего проживания. Причем, столики в чайхане располагались под сенью чинары на берегу водоёма Ляби-хауз. Под звуки восточной музыки ребята наслаждались чаем (чайник стоил 10 копеек, к чаю давались восточные сладости). Конечно же, это была романтика: вечернее чаепитие. Ночная прогулка по г. Бухаре. О-о, это была супер романтичная прогулка (с юными археологами из «Стрелы» мы также ходили ночью к мавзолею весной 1988 года). Молва утверждала, что в лунную ясную полночь древний мавзолей Саманидов светится. Естественно, мы пошли на это чудо смотреть: можно себе представить внутренний настрой детей. Я предлагал желающим остаться на базе и лечь спать: «счас»! Вышли из турбазы в 22.00: её ночной сторож был мною предупрежден, это было сделано, чтобы обратно мы не пришли к закрытым воротам (как и все сторожа тот обычно ночью спал, сам сторожил школу, «знаю»!). Об этом ночном походе дети знали еще перед поездкой, т.е. он был плановым, входил в программу путешествия. Поэтому у всей команды, за исключением ребят «Михалыча», были фонарики. По узким бухарским улочкам мы шли к мавзолею более часа (дорогу я знал еще по прошлым поездкам). Что было у мавзолея – лучше читателю самому там побывать в ночное время: я рассказывать не буду. На обратном пути мы шли через рынок. К нашему удивлению, он работал. В те годы мне не было известно, что в Узбекистане базары работают не только днем, но и ночью. Кто-то из ребят, отвечая на вопрос узбека-продавца, сказал, что в г. Бухаре они без родителей. Продавец, плохо знавший русский язык, что-то прокурлыкал соседям: нам дали бесплатно несколько арбузов и пару дынь. Мы душевно поблагодарили людей. Отказываться от подарка по восточным традициям – нельзя: своим поступком ты сильно обидишь дарителя. Я это знал. Поэтому, получив подарки, выразил, как руководитель команды детей, большую благодарность продавцам. Опыт: безопасным является то путешествие, в котором соблюдаются обычаи аборигенов (это было мною усвоено еще летом 1986 года, когда с юными археологами участвовал в работе Дагестанской экспедиции). Банный день. Шел 7-й день нашего путешествия (считаю с дорогой в поезде). Естественно, наши тела были грязными: на базе душа не было, а мыться на улице – холодно. Зато, во время пешеходной экскурсии по городу (это была плановая экскурсия, которую проводил экскурсовод: не было у меня возможности использовать методику самостоятельного изучения литературы по памятникам г. Бухары и г. Самарканда) я обратил внимание на то, что в г. Бухаре работает общественная баня. Узнав, когда в ней мужской день, пошли с ребятами в неё на помывку. Для справки: та баня начала свою работу еще в 16-м веке, с тех пор не прекращала свою работу «ни на секунду», т.е. ремонта в ней также не делалось. Чтобы попасть в моечное отделение, надо было спуститься вниз: наглядный пример образования культурного слоя, о чем сказал детям. Очень любопытные парные в той бане («да-да»: парные, их в ней было несколько): они располагались в нескольких нишах. В них под землёю шло большее количество труб с горячей водой (в той бане трубы были большого диаметра и керамические: вот почему они не ржавели и не засорялись). «Парную» можно было определить по более жаркому воздуху в помещении, хотя, в нашем, русском понимании, парных в той бане вообще не было. Военрук Олег Владиславович, смело пошел мыться в баню. Но, вот выход из казематов он самостоятельно найти не мог, пришлось ему оказывать помощь: Олег Владиславович в подземных катакомбах элементарно заблудился. «Завсклад, товаровед». Незадолго до этой поездки в Узбекистан слушал юмореску в исполнении артиста А. Райкина, в ней были слова, которые вызывали смех у меня группы слушателей (студентов). Каково же было мое удивление, что я сам в той поездке побывал на рассказанном артистом собрании. Но, обо все по порядку. По приглашению директора районного СЮТура Ахтама Ниязовича мы приехали в поселок Шант (имена и географические названия изменены). Наша команда сначала посетила местную школу: для нас её ученики спели песню «Взвейтесь кострами» (пародией сие исполнение назвать, «мягко сказано»). Следующим детьми было исполнено национальное произведение: наша команда слушала ту песню с восторгом, не понимая в ней слов (это чувствовали юные артисты). Я же, видел, с каким воодушевлением узбечата пели слова того произведения, а глаза их светились, словно начищенные до блеска пуговицы от мундира. Далее мы посетили школьный краеведческий музей: в нём многие экспонаты нам разрешили потрогать руками. А когда наши ребята примерили паранджу! После посещения школы, нас покормили в местном кафе. А далее у нас была автобусная экскурсия в местный заповедник. В тот день, по настоятельной просьбе директора базы Ахтама Ниязовича мы остались ночевать в том поселке. Хорошо запомнил: в одной комнате с военруком ужинают дети, в другой – взрослые (напоминаю, в том году я работал инструктором Райкома Партии). Хорошо запомнил, что на столах было много фруктов и арбузов (осень же!).Как заведено традициями восточного гостеприимства, я восседал по правую руку от хозяина дома – Ахтама Ниязовича. Пошла «по кругу» чашка с напитком, я назвал ее «чашей знакомства». После меня стали называть имена и должности приглашенные гости. Имен не помню, но должности: завмаг № 1, товаровед, директор рынка…. При этом гости рассматривали мое удостоверение: как сказал мне позже хозяин дома, уж слишком молодо я для такой солидной должности выгляжу. Верблюдиная история. Конечно же, в каждом путешествии есть свои приключения, ими они являются для детей, но, не для их руководителя. Во время одной из пешеходных прогулок по г. Бухаре, мы увидели верблюда, рядом с которым стоял мальчик лет 12-ти: он предлагал у животного сфотографироваться и на нем прокатиться (за деньги, естественно). Парни «облепили» диковинную «лошадь», стали трогать верблюда за провздетую через ноздрю палочку. По Северо-Прикаспийской экспедиции я знал, что это делать нельзя (верблюд от боли может и плюнуть в обидчика: у него такая форма защиты от обидчика). В том году осенние каникулы были едиными по всей стране. Рядом с нашим верблюжьим стоянием остановился экскурсионный автобус с юными москвичами (я успел с руководителем группы познакомиться). Увидев, что верблюд от детской «ласки» грозно стал шевелить губами, дал команду нашим ребятам от него отойти. Как только мы сие сделали, раздался мощный звук плевка: видимо, кто-то из московских школьников потянулся к палочке, провздетой в ноздре верблюда. О том, что перед этим мероприятием дети из Куйбышева «общались» с животинушкой, москвичи не знали. Понимая, что в таком странном поведении верблюда виноваты мы, наша команда поспешила с того «мероприятия» удалиться (вообще-то верблюжий плевок не такой и «пушистый», каким его показывают в фильме-комедии «Джентльмены удачи»). Рваная подушка. Форс-мажор в поездках, особенно с детьми и молодёжью, бывает часто. Утром каждого дня я с ребятами на той базе делал зарядку (естественно, на улице, тем более, в Бухаре осадков почти не бывает – пустыня же!). После зарядки в тот предпоследний день нашего пребывания в г. Бухаре, я пошел умываться. А у детей в палатах их проживания, оказывается, был бой на подушках (я об этом узнал во время «разборок»). Естественно, перьевые «подголовники», одетые в старые наволочки, как водится, от такого «бережного» отношения к ним, «распушились». Платить неустойку было «нечем» (ведь поездка еще не закончилась). Но и трагедию делать из детской шалости, что называется «себе дороже»: дети и так чувствовали себя виноватыми. К тому же, для меня главное был человек, а наволочка. Игорь, от действий которого подушка «пустила пух», хорошо владел ниткой с иголкой: ведь он сельский (я про себя подумал: «мамино воспитание»). Иголкой шил мальчик, я присутствовал рядом: по опыту мне было известно, что моральная поддержка в тот момент ребёнку архинужна. Через 25-ть лет после той поездки, т.е. в 2014-м году у меня повторилась данная ситуация. Только её участником был 9-ти летний Артем и произошел тот случай в Артезианской экспедиции. Лобовой форс-мажор. В последний день нашего пребывания в г. Бухаре, после финансового расчета и оформления документации, нашей команде предстояло сдать постельное бельё. Его принимала средних лет узбечка с лицом, выражавшим презрительное отношение к нам, русским (как сейчас понимаю, она в этом не виновата, но, мне в тот момент от этого было не легче). Конечно же, такое недоброжелательное отношение к ним чувствовали дети. Саша, которому в тот момент было лет 12-ть, стал выходить из палаты проживания не через дверь, а, через окно (зачем, по сей день не знаю, но, парень явно рассчитывал на свои силы и ловкость). В итоге он ударился лбом о подоконник. Получил ссадину, из которой обильно текла кровь. Естественно, Саша закричал, не столько от боли, сколько от страха перед кровью. Бросив все дела по приёмке постельного белья, стремглав помчался на мальчишеский зов. Убедившись, что раны нет, обработал ссадину имеющимися подручными средствами Сашиной личной медицинской аптечкой (перекись и 3 % йод входили в личную медицинскую аптечку, которая была у каждого участника поездки). Саша, увидев, что полученная им травма «несерьёзная», повеселел, а, через некоторое время о ней забыл. Для педагога-полевика опыт: участнику группы важна моральная поддержка её руководителя. Помните, что успех и безопасность всех участников поездки зависит от положительных эмоций её участников (особенно, в детско-молодёжной команде). Вот почему ругать людей, особенно во время поездки, что называется «себе дороже». Важен моральный дух всей группы, крайне желательно, чтобы команду путешественников возглавлял мужчина: у него природой заложена требовательная любовь (эту черту интуитивно ощущают дети и молодёжь). Аптечка: кроме общей крайне важно, чтобы была индивидуальная (в детско-молодёжной группе «однозначно»). Кроме практического значения лекарства оказывают воспитательное значение на ребёнка: приучают его самостоятельности в области жизнеобеспечение своего тела. Нельзя забывать, что любое действие в детско-молодёжной группе имеет образовательное значение. В г. Самарканде. В том году еще не было проблем с железнодорожными билетами (может их и сейчас в Узбекистане нет, не знаю, давно в этой стране не был). Билеты на поезд на 5-е ноября у меня были приобретены еще во время нашего приезда в г. Ташкент (так надёжнее, хотя дешевле бы их приобретение было бы в Кагане: для меня в поездке со школьниками важна надёжность, а не экономическая выгода). Приехали мы в г. Самарканд ранним утром 6 ноября (день предпраздничный: в том году 7 ноября был днём нерабочим). После размещения в общежитии медицинского училища, у нас была встреча в городском дворце пионеров с местными краеведами. Её организатором был все тот же Валерий Иванович Набоков, президент Малой Академии Наук (МАН). Та творческая встреча состоялась в первой половине дня: в ней приняли участие юные учёные не только г. Самарканда, но и археологический кружок из г. Донецка (его руководителем был, а, может и сейчас является, Михаил Львович Швецов). Проживали они в том же общежитии, где и мы, поэтому у меня была возможность пообщаться с Михаилом Львовичем: они занимались средневековой археологией, участвовали в раскопках городища Северный Донец (в моем кружке жесткой специализации не было, т.е. мы были «всеядны»: участвовали в раскопках памятников каменного века, античности, средневековья, для меня археология была просвещенческой наукой, педагогическим инструментом в воспитании детей и молодёжи). На встрече ребята, как водится, прочитали доклады о работе своих кружков (научных, по предварительному уговору не было). После «дворца» мы, естественно пообедали у мечети Биби-Ханым, потом я зашел в экскурс бюро: мне необходимо было на «завтра» заказать обзорную автобусную экскурсию по городу (напомню, в том году 7 ноября был праздничным и нерабочим днем). Партийная экскурсия. В России времен государства СССР была одна туристическая компания: «Спутник» и то, только для взрослых. Детско-молодёжным туризмом занималось государство в лице Станций юных туристов (СЮТур): в регионе главной была ОблСЮТур, в городе – ГорСЮТур. Я как раз и зашел в одно из подразделений «Спутника» за час до его закрытия. В «приёмной» восседала дама, приятно одетая, на вид лет 23-х. Она, вся сияя от предвкушения окончания рабочего дня и предстоящего «выходного» вежливо поинтересовалась о моем интересе к «бюро». А, услышав, что мне на завтра нужен автобус с экскурсоводом, ответила отказом. При этом её лицо ярче слов говорило, что «каков нахал: на «завтра», да еще за час до закрытия предприятия!». Я попросил у нее телефон (обычно я его брал без спроса, но тут на меня «напал приступ вежливости». Узнав в справочной, что в г. Самарканде два района, а я нахожусь в Сиабском, попросил номер телефона Сиабского райкома Партии. В нем дежурным был коллега из орготдела. Он сказал, что после нашей с ним беседы дама найдет автобус, а, если «нет», то проблему с ним он решит. После общения по телефону, я поднял свои глаза на молодую даму: та, состроив на лице маску оплошности, вспомнила, что у нее есть один автобус, мол днем пришел отказ группы. «Сейчас всё будет устроено»: уплатив положенные средства за экскурсию, я вышел на улицу к ожидавшей меня группе. «Плохо» или «хорошо», что я использовал служебное положение – судить читателю: но, я же не лес для своего дома брал «нахаляву», а – «выбивал» экскурсионный автобус, который, кстати, следующим днем приехал к зданию общежития, хотя обычно он ждал группу у площади Регистан. В этот вечер, после размещения команды в общежитии, я поехал на встречу с В. И. Набоковым и «патроном» Малой Академии Наук д.и.н. Юрием Фёдоровичем Буряковым (она проходила у последнего на квартире, кстати, была безалкогольной). Познакомился с ленинградским детским писателем Александром Толстиковым, подарившем мне написанную им для детей только что изданную книгу «Звезда Улугбека» (естественно с дарственной надписью). В дружеской обстановке мы обговорили условия дальнейшего сотрудничества. В тот момент никто из нас, присутствующих на том собрании людей, не предполагал, что политические сложности грубо вмешаются в наши планы. Для педагога-полевика опыт: для выполнения программы хороши любые, сочетающиеся с понятием «добра» средства (в частности, я использовал служебное положение). А уж для безопасности команды, любого её члена, хороши любые средства. О том, как мною они применялись, будет рассказано в следующем рассказе. Случай в кафе. На следующий день, в оговоренное в заявке время к зданию общежития подошел экскурсионный автобус. После экскурсии по городу нашу команду свозили в местные горы (по моей настоятельной просьбе, причем деньги брать оказались). Погуляв по улице и перекусив заранее приобретёнными арбузами с лепешками, мы поехали обратно к общежитию. По пути остановились у кафе: детей надо было покормить горячей пищей. После покупки для всей команды обеденного набора блюд («первое», «второе», компот), подошел к прилавку, «примеряясь» чтобы еще купить детям сладкого, т.к. остались средства (прошу обратить внимание: я их не «себе в карман положил»). Удостоверение работника РК КПСС с вложенной в него трехрублевой ассигнацией лежало в нагрудной кармане, т.е. я его чувствовал. Когда отошел от «прилавка» и сел за столик, почувствовал, что «чего-то не хватает». А, поняв, что не чувствую грудной мышцей партийных корочек, внутренне «похолодел», но, тут же успокоился. Разум, находящийся в состоянии покоя воспроизвел картину последних моментов «жизни удостоверения». Подойдя к прилавку, я спокойным тоном сказал фразу типа «если не вернете удостоверение, ваше кафе уже вечером сегодняшнего дня разберут по кирпичикам». И добавил (а эту фразу привожу почти дословно), что «трёшку оставьте себе – она за работу и плата за урок». И, сказав сие, спокойно сел трапезничать. Через несколько мгновений ко мне подошло два парня, сказали, что я потерял у «раздачи» удостоверение. Я их поблагодарил и продолжил обедать. Внимание, педагогам-полевикам: продумайте финансовую безопасность, не держите средства в одном месте. В том случае, основная «наличка» у меня находилась в другом кармане: на текущие расходы средства были отложены. Их, кстати, часто отдавал старшему ребёнку. Воры, как осы на мед, всегда будут кружить около экскурсионных групп: им, как и капиталистам, фиолетово до страданий людей (в России времен СССР не для всех, может такие люди и сейчас остались, не знаю). Эпилог. Наша команда из той поездки вернулась домой, в село, без особых приключений. Зимой того же года, во время каникул, я, по просьбе учительницы географии, еще раз ездил с нею и её детьми в г. Самарканд, но, в г. Бухару мы не заезжали. А. закончилось то осеннее путешествие подведением его итогов. Сочинение о поездке не написал никто, да я и не требовал: ведь основной моей работой был «Райком Партии». Поездка с юными москвичами осенью 1993 года. Предисловие: как я попал в г. Москву. В том, 1993-м году было так сложно материально в г. Куйбышеве, что зарабатываемых мною средств не хватало даже на питание моей семьи (кроме еды нужна была одежда, кружки и секции в то время были все бесплатными). Вот и поехал я в столицу «счастья искать». Как сейчас понимаю, побудительным мотивом, так сказать идеологическим обоснованием, был фильм «Москва слезам не верит» (в том году я этого не осознавал, знал, что в Москве будет «хорошо»). Ожидания меня не обманули: уже осенью того года, я, работая школьным учителем и тренером секции самообороны» что называется, «забыл о школьной зарплате»: давал частные уроки истории, а они оплачивались в г. Москве очень хорошо, очень хороший финансовый доход приносила секция ОФП с основами самообороны. Т.е. в г. Москве специалисты были востребованы (в провинциях труженики также были нужны, но, за их работу достойно в том году оплачивать могла только г. Москва). Но и были недостатки, которые выразил одни из моих хороших знакомых словами, что «лучше хорошие люди, чем жадные до денег москвичи». Но, для меня высшей ценностью был человек, а деньги были лишь необходимым условием реализации программы его воспитания. 78-и летний историк. Когда начался учебный год, стал возить учеников классов, где вел уроки истории и права в однодневные походы (естественно, в воскресные дни: они были не заняты уроками, как у детей, так и у меня). Во время одного из проводимых мною уроков истории в 7-м классе девочки поинтересовались о моем возрасте. Я им сказал, в шутку, что мне скоро 78 лет. И тут прозвенел звонок на перемену, я поспешил детям дать домашнее задание и забыл досказать фразу, что «скоро» не означает «сейчас». В очередной воскресный день на место сбора группы пришло десятка два ребят и столько же взрослых. Я этому вниманию родителей к судьбе своих чад подивился (в г. Куйбышеве такого я не видел никогда). Все путешествия, совершаемые мною, были тематическими, их можно объединить темой «Живая Русь». В следующие поездки взрослых не было ни одного, что меня подивило. О таком активном внимании родителей к моей персоне мне рассказала классный руководитель того 7-го класса, мол «Юрий Васильевич, ты чего так шутишь: родители пришли в тот воскресный день посмотреть на 78-ти летнего учителя, ходящего с их детьми в походы. А потом сказали мне, что наши дети совсем в возрасте не разбираются, ему, учителю, не более 30-ти лет». Отправление в г. Самарканд. В те годы не было сотовой связи, поэтому приходилось ходить звонить по поводу проживания и «приглашения» в специальный переговорочный пункт связи. В том году из Узбекистана приходили поезда с выбитыми в некоторых вагонах стеклами. Но, несмотря на это, команда была набрана (в неё входил сын чиновника от железной дороги). Внимание педагогу: родители в том путешествии верили руководителю поездки, а не информации, идущей от малопроверенных источников (они доверяли своим глазам и сердцу: помните, люди не меняются). С педагогом-напарником у меня была проблема: ни один учитель школы, где я работал «историком» в Азию ехать не желал (о том, что им хорошо надо платить, в те годы еще не знал). Напарником стала учительница из соседней школы: Валентина Васильевна. В день отправления, как сейчас помню, в г. Москве было 10 градусов мороза. А почему эта температура запомнилась, поймете, читая статью «Мама, ты не начальник». «Мама, ты не начальник» Рассказ из цикла «Азиатские путешествия» В этом рассказе будет изложен опыт путешествия со школьниками в Бухару осенью 1993 года. При этом название Повествования взято из высказывания родительницы-сопровождающей детей в этой поездке. В конце рассказа будет дана оценка моя, как автора. Повествование ведется от первого лица. Опыт этой поездки будет интересен родителям, педагогам и, конечно же, всем взрослым людям: ведь чтобы узнать Восток, не обязательно ехать в Турцию или еще куда-то. Да и безопаснее в Узбекистан поехать: все-таки, пусть бывшая, но союзная республика, да и население ее русскоговорящее: в больших городах переводчик точно будет не нужен (ну до 2050 года – точно). Общая зарисовка. Осенние каникулы богатого политическими событиями 1993 года. Город Москва. Школьники, а это почти миллион детей города радуются возможности побыть самими собою, а не тяготиться обязательным посещением уроков. Группа 5-7 классников одной из школ Северного округа Столицы садится в поезд «Москва-Самарканд», отправляющийся с Казанского вокзала (идет через Таджикистан, трое суток до Самарканда от Москвы). Немного смутили провожающих родителей детей-участников поездки разбитые стекла вагона поезда. Но, на дворе был 1993 год, а, следовательно, и внутреннее материнское спокойствие по поводу безопасности детей еще не было забито чувством страха, транслируемым в настоящее время со всех каналов СМИ. Интуитивно родители ощущали надежность поездки в отношении своих чад: ведь её возглавлял хоть и молодой, но опытный руководитель (а вообще-то мамы слышат интуицию в отношении своих детей). Им был я, учитель истории Юрий Васильевич Стрижов. Учились ребята в школе самой обычной, безо всяких уклонов типа «гимназия» или «лицей»: в ней обучались дети материально небогатых родителей. От общего перехожу к частному, к самой поездке. И начну повествование сие с возраста моего, её руководителя. Возраст руководителя поездки. О нём желательно упомянуть: ведь важно не количество прожитых лет, а - качество жизни человека на Земле (в отношении человеческого опыта закон перехода количества в качество явно работает частично). По поводу возраста моего написано выше в рассказе об этом путешествии. Все участники поездки ожидали на юге понежиться в тепле (Бухара, Самарканд, Ташкент – эти названия восточных городов были «жаркими» на слух – ведь по рассказам и письменным источникам в них было тепло). В поезде предстояло ехать до Бухары почти через всю Россию. Т.е. сама дорога была по своей сути интересной и романтической для ее участников, но не для меня, руководителя группы: предшествующий опыт утверждал, что в поездках нет штампов. Поэтому расслабляться её руководителю нельзя. Этой поездке предшествовала подготовка к ней, от качества проведения зависел ее успех и безопасность участников: не столько информационно о памятниках, сколько по правилам поведения и технике личной безопасности проводились мною подготовительные занятия. Московские школьники сильно отличались от детей российской глубинки, что бросилось в глаза мне, только что приехавшему из провинции (к примеру, все участники этой поездки обязаны были иметь личные медицинские аптечки «экстренной помощи», в точности как в армии – московским школьникам пришлось давать пояснения как ею пользоваться). Или другое отличие: московские дети живо интересовались торговлей, провинциальные же к ней были индифферентны. Одно из обязательных правил поведения в поездке гласило, что в течение всей её продолжительности Юрий Васильевич всегда прав, т.е. с момента посадки детей в поезд вводился принцип единоначалия. Когда в поезде мама-участница путешествия попыталась сыну сделать замечание о его некорректном поведении, Валентин, которому в день написания рассказа около 40-ка лет, в том вагоне разве что «по головам пассажиров не ходивший» (подвижный и живой парень, по темпераменту холерик) ей ответил, что «мама, ты здесь не начальник» (мне об этом после поездки мама ребёнка рассказала). Далее ей сын пояснил, что они в поездке, а не дома, здесь главный, т.е. начальник, Юрий Васильевич. И мама Валентина, вздохнув, замолчала: умом и сердцем она понимала, что сын прав. Кстати, во время всей поездки Валентин обращался только ко мне с какими-то вопросами. С этим ребёнком мы еще встретимся в рассказе о питерских поездках и в повести «Историко-археологическое лето». Летний вагон и разбитые окна делали поездку в поезде мало комфортабельной для нас, взрослых, но не для детей. Проводник вместо дополнительных одеял выдал нам матрацы. Так мы и спали, укрывшись этими нештатными «одеялами». Однажды утром меня разбудил громкий, на весь вагон радостный клич детей, самым громким был голос Валентина: Верблюды! Мне так хотелось еще понежиться в постели, тем более для меня сие детское открытие было не в новость! Сильно предполагаю, что пассажиры также вряд ли были довольны такой ранней побудкой их попутчиков-детей. Через некоторое время опять раздались громкие возгласы удивления: ребята увидели посреди пустыни города мертвых, т.е. мусульманские кладбища. Сейчас, когда с той поездки прошло более 20 лет, понимаю, что для 11-13 летних ребят, живой, не в зоопарке верблюд был в диковинку, да все было новым для воспитанных на книгах и телевизоре детей (в те годы живое воспитание было лишь у детей российской глубинки, да бедных районов Москвы). На станции «Аральская» вагоны нашего поезда буквально атаковали женщины: они продавали шерсть. Зачем сей товар был нужен нашим детям, не знаю, но его купили почти все участники поездки (тем более, что в Казахстане, как и в Узбекистане были советские деньги, а у нас – уже российские, т.е. мы имели «валюту»). Ребятам был интересен сам процесс торговли, но не её объект - шерсть. Многие дети потом не знали, что делать с купленным ими товаром, перед высадкой в Бухаре (станция Коган) подарили купленную шерсть проводнику, чему последний был рад несказанно. Неудобство сна почувствовал я утром одного из дней путешествия: у меня в ногах сидела апа (так в Азии называют взрослых женщин). Заметив мое недоумение (ведь полка в поезде хоть и плацкартная, но по законам СССР она моя до самого прибытия на станцию назначения: ее я «арендовал» на время поездки), апа сказала, что она мне не мешает, при этом передвинулась на край полки, дав мне возможность вытянуть ноги. Оказывается, в Средней Азии проводники не могут отказать старшим по возрасту в их просьбе сесть в поезд (а наш был пассажирским, т.е. нескорым). Свежий продукт. На рынке Бухары шли по торговым рядам: продавцами были в основном мужчины, реже - пожилые женщины (в Узбекистане того времени торговля как и учительство считались мужской профессией). В окружении детей подошел к пожилой торговке: у нее были разложены восточные сладости – ими она и торговала. На мой вопрос, свежие ли они, та заверила утвердительно. А тут я спросил об их мягкости. И опять же женщина улыбнулась, сказав, что, конечно же, сладости мягкие. После этих слов она взяла лежащий рядом с нею камень и несколько раз ударила по одной из сладостей: сладкая горошина после такого обхождения с нею, показала свою мягкость – раскололась. На этом наше общение с пожилой торговкой не закончилось. Я попробовал одну горошинку сладости. Мои воспитанники смотрели на сие действие: в их взглядах была немая просьба. Тогда я спросил разрешения у торговки для пробы детьми сладостей. Та не возражала (позже узнал, что на восточных базарах принято пробовать товар съедобный). Об этом пожалел я и она, но то было позже: московские школьники пробовали своеобразно. Они горстями сладости засовывали в свои карманы (пишу эти строки, а картина та стоит перед глазами, хотя прошло много лет после того случая). Конечно же, мне пришлось заплатить за все взятое детьми: только на Востоке плата завуалирована под благой предлог. Но ее, плату ожидают. Кстати, во время этой же поездки в Ташкенте (а в Москву мы возвращались из Ташкента) на рынке юные москвичи обильно использовали узбекскую гостеприимство: они с рынка выходили сытыми, напробовавшимися продуктов, хотя по неписанному закону Востока, если ты что-то попробовал, то обязан, хоть немного, чего-нибудь купить. Наши же ребята товар пробовали, часто довольно-таки бесцеремонно, при этом ничего не покупали (видимо их спасало то, что они были маленькими, а, в Средней Азии детей обоготворяют). Директорская новость. По устному уговору с директором школы, в которой учительствовал, ей звонил регулярно на домашний телефон и сообщал о ходе поездки. С точки зрения техники безопасности абсолютно верный подход к полевой педагогике. Уже после той поездки мне учителя рассказали, что во время педсовета директор школы сказала, что звонил Ю. В. Стрижов: «он с детьми в Бухаре дыни кушает». Я, когда об этом узнал, директору сказал, что ты мне прибавила массу учителей-противников (мною и так пожилые учителя были недовольными: мол, молодой, а дети за ним гуртом ходят). Кстати, директором той школы была дама хоть и молодая для данной должности, но, умная: она хорошо понимала толк в людях. Тем более, у нее была моя трудовая книжка, а в ней был отражен мой предшествующий опыт, в том числе работы в РК КПСС) Но, как известно, «не ошибается тот, кто ничего не делает». Внимание, опыт: педагогу-полевику и диктору образовательного учреждения необходимо совместно действовать. Баня по-бухарски. В Бухаре в тот год имелось две бани: одна самого эмира (но она находилась в состоянии реконструкции и была закрыта для ее посещения), вторая – городская. Обеим баням было более 400-т лет. При этом городская баня была действующей: в ней день мылись мужчины, день - женщины. Чтобы ее посмотреть, мною были куплены в нее билеты. Но я банщика предупредил, что мыться мы не будем, только посмотрим помещения (в нашей группе были одни парни). День для помывки был мужской. А посему моему заместителю (учительнице) и родительнице вход в баню был закрыт: они стояли и обреченно ждали нашего возвращения из «музея». Я дал банщику ещё денег и показал на скучающих женщин. Хорошо помню, как у него при виде денежных знаков заблестели глаза. И, сказав, что «я обижаю женщин», обеих дам «затащил» в баню, «забыв», что день мужской (а те и не возражали: ведь интересно же в действующей бане 16 века побывать!). Как мне рассказала учительница: встречные мужчины как могли свои гениталии прикрывали руками или тазиками, ретировались в казематы. Таким образом, в бане-музее побывали женщины. «Дорогому Димочки от Бухары». Этот эпизод из поездки запомнился своей необычностью. По старой Бухаре (а была и новая) мы ходили пешком, а проживали в гостинице областной станции юных туристов (о ней писал выше). По программе путешествия мы посетили Арк – так называется зимняя резиденция эмира бухарского. После экскурсии купили сувениры: почти все мальчишки приобрели ножи. Они были по форме афганскими (в качестве стали не разбираюсь). Старик-узбек предложил на ножах тут же сделать памятную гравировку (эдакая у него подработка была). Я, отвернувшись, рассмеялся, когда услышал, как один из наших юных заказчиков продиктовал узбеку надпись: «Дорогому Димочке от Бухары». Узбек, не понимая подвоха, уже взялся за гравер. Тут вмешалась моя напарница-учительница, мол, в России так не говорят. Какую надпись заказал Дима – не знаю, может и «никакую». Какой шовчик! Самарканд. После посещения Бухары на поезде мы приехали в Самарканд. В этом городе нас встретил Валерий Иванович Набоков: с ним установились тесные контакты после сотрудничества в 80-е годы. Он же договорился с нашим проживанием на частной квартире (на полу было что-то постелено для тепла и «мягкости» тела). По программе посещения Самарканда была экскурсия по Афрасиабу – это город-музей под открытым небом. В нем в тот год впервые французы построили здание музея, еще закрытого для обычных посетителей. Как Валерий Иванович добился, чтобы нашу группу в музей впустили – не знаю. Моим заместителем была учительница трудового обучения у девочек Валентина Васильевна. В какой-то момент увидел, как она рассматривает халат эмира, пошитый в 18 веке. При этом артефакт волновался в руках школьной учительницы из Москвы – всё-таки на тот момент одежде было более 200 лет. Заметив это, предложил Валентине Васильевне немедленно отцепиться от музейной вещи. На что учительница сказала, что «швы то какие хорошие делались в те времена». Обратная дорога в Москву. Обратно в Москву ехали из Ташкента на скором поезде: ночь перед утренней отправкой поезда предстояло провести на Северном вокзале города: ночевали в «комнате матери и ребёнка». В день отправления поезда у меня оставались азиатские рубли, которые в Москве были был бесполезными. На одной из станции мы с учительницей их решили отоварить: купить арбузы и накормить ими ребят. И я, и Валентина Васильевна вышли из вагона поезда. А, когда вернулись к нему обратно, неся по два крупных арбуза каждый, дверь в наш вагон поезда была закрыта. Я «похолодел»: в вагоне дети остались без педагога (родительница им не является: она опытный химии, но, не педагог). Оказывается, во время стоянок скоростного поезда проводники закрывают двери вагонов: ведь оказать старикам и старухам нельзя. Сия поездка познавательная и интересная. В данном рассказе она повествуется как опыт. Некоторые выводы. Романтика путешествий одинакова яркая для детей и взрослых (уровень ее восприятия конкретного разный). Руководитель группы в любой поездке должен быть опытным, т.е. уверенным в себе человеком. Единоначалие, выражаемое правилом «начальник всегда прав» является безусловным условием безопасности выездного любого мероприятия (возраст его участников не имеет значения). Ответственность руководитель группы несет за людей, вне зависимости от их возраста. Правило: чем младше участники мероприятия, тем они беззащитнее, тем более опытным должен быть руководитель группы. Рекомендация педагогу-полевику: любой взрослый участник детско-молодёжного выездного мероприятия есть помощник руководителя, но не «советчик» или «указчик». Путешествие заканчивается, но не память о нем. Образовательный же эффект от путешествий колоссальный. Вот только руководителями групп должны быть специалисты с опытом работы. А их, специалистов надо готовить: ведь ими человек не рождается, а - становится. Автор статьи: Юрий Васильевич Стрижов. Почта: 9163839055@mail.ru Вот такая статья-рассказ была написана несколько лет назад. Конечно же историй в той поездке было множество и других, но, они забылись: память. Питерские путешествия. Предисловие: в форме рассказов повествуется о поездках со школьниками в интеллектуальную столицу России, являющуюся городом-музеем под отрытым небом город Санкт-Петербург. Он имел в России времен государства СССР название г. Ленинград, а в начале 20-го века власть царской России дала другое название городу – г. Петроград. Народ России, видимо для сокращения, называл Северную Ривьеру Питером. Вот почему эта часть повести имеет такое название. Северная Ривьера. Словосочетание нерусское, т.е. поганое, но, что называется «из песни слов не выкинешь»: такое название городу, построенному на реке Неве дали государства Западной Европы. Они уверены, что Питер является третьим городом после Лондона и Парижа. Это также «верно», как утверждение, что корова является ездовой лошадью, а, хлеб и молоко производят магазины. Может, «запад» по поводу Лондона и Парижа прав у себя, но, не в России (попробуйте, уважаемые западные «партнеры» сказать китайцам, что г. Пекин является третьим после Лондона и Парижа!). Только в Питере мы видим каналы, которые такие же красивые, как в г. Венеции, Эрмитаж, по богатству находящихся в нем коллекций, не уступающий Лувру в Париже, находится в г. Питере. А такой музей как «Летний сад» или «Марсово поле», или…. (да разве все перечислишь) – и все это в одном городе находится, брать визы и посещать разные страны «не надо». По богатству книг г. Ленинград был самым ученым в России (знаю точно: в г. Москве, имеющей библиотеку им. Ленина, не было такого количества документов, как в Питере). И, конечно же, люди: ведь без них город никому не нужен. Много раз посещая г. Ленинград как путешественник (с командой школьников), я всегда встречал готовность жителей города оказать помощь, из-за чего иногда возникали курьёзы: об одном из них можно прочитать в одном из рассказов («Ты чё, шары обморозил»). Таким образом, уверен, юный житель России, обязан за свое детско-молодёжное время посетить Северную Ривьеру, побывать в Эрмитаже: ведь, став взрослым, он (или она) вряд ли найдет время для поездок и путешествий. Да и восприятие памятников будет уже не то. Но, чтобы школьники массово ездили в г. Питер, нужны специалисты, которых я называю педагогами-полевиками. Итак, надеюсь, уважаемый читатель отдохнул от чтения рассказов об Азиатских путешествий, начинаю повествовании о питерских путешествиях. Поездки школьников из г. Куйбышева.

Комментариев нет:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...