8 мая 2019 г.

Окончание войны глазами лейтенанта Александра Горбатина

Четвертый раз в ходе войны встретили первомайский праздник. Позади остались тысячи километров солдатского пути. Победа близка, утомленные четырехлетними боями советские воины чувствуют это. Думаем о победе, отдавая почести у памятников павшим своим товарищам.
Части Советской Армии идут на город Линц, к реке Энс, чтобы не позволить противнику пройти с юга в Чехословакию, где еще сопротивлялась относительно крупная группировка. Гитлеровцы стремятся пройти туда, в крайнем случае – вырваться на запад, к Германии. Вновь развернулись сражения, но их моральный дух уже сломлен.
Наши тылы вошли в город Мельк. По приказу командира полка Гаевского мы должны сделать остановку на ночь. Тут узнали, что этот небольшой город наши части заняли почти без боя.
Мельк запомнился мне многим. Уже при въезде бросился в глаза огромный монастырь, который господствовал над остальной частью города. Он стоял на крутом, каменистом берегу Дуная. Монастырь был построен еще в эпоху крестовых походов. В нем еще сохранилась комната, в которой в 1805 году Наполеон устроил наблюдательный пункт во время боев русских с австрийцами. За сто пятьдесят лет, прошедших с той поры, в комнате все осталось, как было. Даже след на полу – это упала горящая свеча, которую Наполеон случайно опрокинул, задремав.
Водитель машины артмастерской Скрипкин остановил машину рядом с монастырем, и мы решили зайти туда ради любопытства. Со мной пошли Хромушкин и Потапов, ехавшие на нашей машине.
В монастыре оказалось множество лабиринтов, в которых сложно разобраться, люки и колодцы, куда бросали неугодных «грешников». Недалеко от монастыря стоял памятник русским воинам, погибшим в 1805 году. Это нас заинтересовало, и мы обратились к местным жителям, которые подошли к нам. Они рассказали историю этого памятника.
Оказалось, что после сражения под Аустерлицем, который находится севернее Мелька, сотни русских были взяты в плен войсками Наполеона. Французы конвоировали большую группу русских пленных через Мельк и на ночь расположились в этом монастыре. Пленных заперли в подвале. Дело было зимой, и чтобы как-то согреться, солдаты собрали расстеленную солому и развели на каменном полу костер. Согревшись, они уснули. А утром из всех пленных проснулось меньше половины. Их удалось спасти, а остальные умерли, отравившись угарным газом.
Позднее, уже после падения Наполеона, на братской могиле был установлен деревянный крест, а в конце прошлого века поставили этот красивый памятник.  Монахи ухаживали за ним, за что русское правительство наградило их настоятеля орденом.
И теперь мы, потомки лежащих в этой могиле русских солдат, пришли сюда и стоим у монастыря, глядя на этот памятник. Невольно зародилась мысль: здесь наши предки под командованием генералиссимуса А.В. Суворова одерживали победы. Теперь сюда пришли мы, их младшее поколение, в том числе и я, пришли с победой, разгромив полчища фашистской Германии. Пришли не как завоеватели, а как освободители Европы и всего человечества от коричневой чумы.
Мы низко поклонились у памятника своим предкам, а потом сели в машину и поехали дальше, на запад.
Наступление советских войск продолжается в стремительном темпе. Бензовозы едва успевают подвозить горючее. Поэтому вся надежда была на начальника ГСМ полка, капитана Некрасова.
Подвижные соединения ушли далеко вперед, тылы отстают. Боеприпасы к танкам почти не требуются, а когда потребность в них появлялась, их было достаточно на пути. Танки в нашем полку трофейные.
Чаще гитлеровцы откатывались на запад без боя, стремясь к идущим навстречу американцам. Такой приказ они получили от Гитлера. В спешке они оставляли боеприпасы, но боевую технику тащили с собой. Чтобы задержать наше наступление, взрывали за собой мосты.
К этому советское командование было готово, солдаты успешно, почти с хода форсировали реки и речушки. Танки полка шли уже по готовой дороге. Впереди них двигались мотомеханизированные подразделения нашей армии. Позади осталась река Энс, подошли к городу Линцу.
Тылы отстали. В тылах имелась своя полевая кухня, она обеспечивала нас два раза в день горячей пищей. Большую часть дня мы проводили в  пути, так что не знали обстановку не только на фронтах, но и конкретно на данном направлении. Но от души радовались, что передовые части так стремительно движутся на запад.
В городе Ибс нашу колонну встретил вестовой с приказом командира. Остановились в какой-то деревне на ночной отдых. Рассредоточили машины, выставили охрану, и тут неизвестно откуда появились люди. Их было много, они окружили машины. Из рядов выбежали девушки, женщины, они обнимали и целовали наших ребят. Молодые и старые сжимали в объятиях советских солдат, своих освободителей. Деревенская площадь зашумела, забурлила, стало весело и радостно. Стало быть, гитлеровцы изрядно насолили здесь людям, - подумалось мне. Примерно такую же мысль высказал вслух Хромушкин.
Вскоре во всем разобрались. Это были советские люди, угнанные фашистами для рабского труда в Германию и оказавшиеся здесь, в Австрии. Откуда-то появилась гармонь, на ней играл один из наших водителей. Чернобровая девушка, похожая на украинку, со светящимися радостью глазами подошла к лейтенанту Тарелкину Николаю Николаевичу и пригласила танцевать. Русая девушка увлекла Васю Потапова. Завертелись, закружились в вальсе пары. Кто-то, танцуя, напевал, забыв на время тяжкие дни, проведенные в неволе. И каждый наверняка желал, чтобы пережитое больше никогда не повторилось. Хотя от этих воспоминаний, конечно, не уйдешь, они останутся в памяти и будут возвращаться в кошмарных снах, так уже устроен человек.
Пройдет эта вспышка радости, первое опьянение, вызванное свободой, и начнутся обычные дни, дальние дороги, горькие новости на родных пепелищах, тоска по утраченному навсегда, по весеннему цветку юности, которую уже не вернуть. А пока все здесь веселятся, обнимаются, целуются в порыве радости. И эту первую радость после разлуки с Родиной может понять только тот, кто испытал на себе всю тяжесть рабства и унижения в те, теперь уже далекие, годы.
Мы, воины, освободившие этих людей от фашистской каторги, понимали их сердцем и вместе с ними радовались такому событию. Стихийный праздник превратился в организованный митинг. Выступил замполит, майор Изекьян. Все внимательно слушали его, у женщин по щекам текли слезы. Те, кто оказался здесь, будучи насильно увезенным с родной земли, почувствовали себя частицей своей социалистической Родины, причастными к ее могуществу, к ее славе и близкой победе над фашистской Германией.
Радость охватила не только стоящих здесь женщин, слезы счастья были на глазах у многих воинов. Такое забыть невозможно.
Здесь уже действовала советская комендатура. Она занималась налаживаем жизни в селе и эвакуацией на родину репатриированных советских граждан.
Тылы полка продолжали марш на запад. Утро 8 мая встретили в Ноймаркте. Оно было хмурым, облачным. Бойцы позавтракали, и колонна двинулась дальше. Русские женщины тепло проводили своих освободителей. Теперь их путь лежит на восток, а нам нужно дальше на запад.
В этот день наши танки прошли город Амштетен и после короткого отдыха направились в сторону Линца. Позже я узнал, что в этот день у Санкт-Валентина, они встретились с небольшим отрядом американцев. Об этом радостном событии в тылах не было известно.
Забегая вперед, скажу, что встречался с американцами и я. Мы дарили друг другу в качестве сувениров все, что только можно. Шинели остались без пуговиц, мои погоны – без звездочек. Американцы буквально обобрали меня, добрались до погон и пилотки. Встреча была незабываемой. Вместе пели «Катюшу», радовались счастливому случаю – этой встрече союзников во Второй мировой войне.
Позже мы узнали, что наши танки, достигнув реки Энс, вернулись в Амштетен. В городе Линц остановились американцы. Это произошло к вечеру 9 мая. Война кончилась, пришел, наконец, долгожданный День Победы.  Об этом событии многие мои товарищи еще не знали. Тылы наши были еще в пути. В этот вечер связной нас не встретил, и колонна продолжала двигаться.
Вдруг неожиданно послышалась стрельба. Она шла справа и слева. Трассирующие пули и ракеты вспарывали небо крест-накрест.  Что это значит, мы не поняли. Остановились на ночной отдых, а беспорядочная стрельба скоро затихла.
Утром 9 мая колонна ушла дальше. Кругом стоит тишина, не видно войск, кроме нашей колонны, не слышно выстрелов. Через час вошли в Амштетен. На западной окраине города стояли наши танкисты. Здесь также царила тишина. Подразделения приступили к размещению машин, а я отправился к штабной машине, ничего не подозревая, для доклада о прибытии командиру полка.   
В доме находился командир полка, подполковник Гаевский В. С. и майор Изекьян. Я не успел приступить к докладу о прибытии тылов, как услышал:
Вольно! Лейтенант, война кончилась! Победа!
Это произнес Гаевский. У меня чаще застучало сердце. Мы ждали победу почти четыре года. И все же она пришла неожиданно. Слова командира не сразу дошли до моего сознания. А когда понял, перехватило дыхание и не нашлось слов для ответа.
Командир наполнил стаканы водкой. Закуска уже была подготовлена.
Выпьем, лейтенант, за нашу Победу! – поднял стакан Гаевский.
За это выпить не грешно, - поддержал его Изекьян.
Мы подняли стаканы, чокнулись и выпили. Как бы поставили этим крест на войне. Помянули тех, кто не дожил до Победы.
Я поспешил к своим ребятам сообщить о конце войны. А о Победе нашей уже знали все. Успели дать ей салют из автоматов. Я вытащил из кабуры свой пистолет и выпустил в воздух полную обойму. Подошли друзья боевые – Чагин П.И., Алференко Саша, Тарелкин Н.Н., Маликов. В честь Победы выпили шнапса. Это первая наша встреча после войны. По-мужски крепко обнялись, помянули друзей, оставшихся навечно лежать в чужой земле, вдали от Родины. Помянули раненых, не вернувшихся в полк.
День прошел словно в тумане. Понимали, на плечи живых ляжет двойная тяжесть. Мы обязаны восстановить города, села, заводы и фабрики, разрушенные войной. Многое построить вновь. А главное сделать мир таким, чтобы война не повторилась. Чтобы над нашей страной всегда светило солнце, а ушедшая война пусть будет последней. За счастливое будущее наших детей и внуков бились мы в жарких схватках с фашистами почти четыре года. За это отдали свои жизни более 20 миллионов советских людей. Это никогда не забудется. Они отдали свои жизни за нашу Родину, за ее светлое будущее и следующие поколения это не должны забывать.
За Победу пролили кровь миллионы людей, в том числе и я. Не доедая, не досыпая, не считаясь со здоровьем, днями и ночами трудились люди в тылу.  Великий подвиг совершил советский народ и его Вооруженные Силы, отстояв честь и независимость нашей Родины. Они выполнили свой интернациональный долг, историческую миссию по освобождению Европы от фашистских захватчиков.
Давно отгремели последние залпы Великой Отечественной войны. Но до сих пор эхо минувших походов и жарких сражений живет в памяти людей моего поколения, особенно у тех, кто сражался с фашистами с оружием в руках. Люди той поры многое видели, много испытали и пережили. Наша память многое хранит в своих тайниках.
За время войны я не раз попадал под ожесточенные бомбежки и артобстрелы, видел лежащие в руинах города и села, пылающие театры, музеи, библиотеки, дворцы культуры. Видел, как ночью становилось светло, словно днем, от огромных пожаров.
Помню дороги, забитые беженцами, душераздирающие крики умирающих, ни в чем не повинных людей. На нашем пути встречались противотанковые рвы, наполненные трупами расстрелянных женщин, детей, стариков – целые кладбища. Мы видели рано поседевших от горя матерей, потерявших на войне своих детей. Знаем, как горьки их слезы. Видели, что такое лагеря смерти – Освенцим, Бухенвальд, Майданек…
Многие боевые товарищи, оказавшись в плену, были замучены в гитлеровских застенках. Они умирали как бойцы, как патриоты своей Родины. Некоторым удавалось вырваться из фашистского ада, они шли в партизаны, организовывали в тылу врага подполье и всеми силами боролись против оккупантов. Все это было в минувшей войне, длившейся почти четыре года. Врагу не было покоя и пощады ни летом, ни зимой, ни днем, ни ночью. Советские люди напомнили гитлеровцам заповедь: кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет.
Наша страна отмечает новый юбилей Победы над фашистской Германией. Дети, родившиеся после 1945 года, давно стали взрослыми, у них появились свои дети, наши внуки. Пройдут еще годы, многое забудется на земле, но те, кто испытал ужасы войны и остался в живых, должны передать будущим поколениям память о великом подвиге своего народа, о том, что враг был силен, коварен, жесток, но советские люди, вставшие грудью за свою Родину, оказались крепче, сильнее. Они стояли насмерть и победили.
Пережившие страшную ночь, гласит народная пословица, острее чувствуют прелесть рассвета. Когда я думаю о прошедшей войне, о тех, казалось бы, давних годах, глубже понимаю, какой величайшей стойкостью, мужеством и мудростью нашего великого, многонационального народа была добыта Победа.
Сколько принесено жертв, сколько вложено самоотверженности, напряжения сил физических и духовных, сколько проявлено героизма! Победа досталась дорогой ценой. Война унесла жизни более двадцати миллионов наших соотечественников. Сотни и сотни героев навсегда остались на полях брани. Они никогда уже не встретятся со своими боевыми товарищами, с которыми шли вместе по военным дорогам, дрались с фашистами, которые отдали свои молодые жизни, недолюбив, не испытав счастья создать семью. Живущие не должны забывать о цене Победы. 
На окраине города Амштетен тяжело-самоходный артполк стоял около трех недель. Его подразделения размещались в разных местах. Помню, взвод управления и служба артмастерских занимали второй этаж какого-то двухэтажного особняка. Рядом простирался луг, который пересекала мелководная речушка, справа, на возвышенности, рос лес.
Здесь мы занимались боевой и политической подготовкой. День Победы полк встретил на трофейных танках Т-3, Т-4. Из Амштетена они ушли на переплавку. Где-то в середине июня своим ходом двинулись в обратный путь. Личный состав разместился на автомашинах, среди них были и трофейные. Шли по автостраде на Вену, этот путь нам был знаком.
Долина Вахау, протянувшаяся на десятки километров к западу от Вены, несмотря не недавние сражения, была привлекательна. Здесь, на берегах полноводного Дуная, можно было побывать в сохранившихся от разрушения средневековых замках и крепостях, восхититься внутренним убранством храмов. И поныне жемчужиной всего района Вахау остается город Кремс. Сейчас в этих местах много туристов, а у нас Кремс остался в стороне, мы шли дорогой через Мельк и Санкт-Пелтен.
Еще раз проезжая город Мельк, я вспомнил далекое время из истории, бои русской армии с Наполеоном под Аустерлицем. Аустерлиц ныне – город Славков, он находится севернее, за Дунаем, на территории Словакии. Этот город тоже не лежит на нашем пути, но вспомнился – здесь тоже проходили русские войска вместе с австрийскими. У этого города в 1805 году они потерпели поражение от Наполеона.
По отрогам Альпийских гор водил свои войска А. В.Суворов. Русские в сражениях одерживали победы. В нынешней, только что закончившейся войне, советскими войсками предводительствовал командующий 3-м Украинским фронтом, маршал Федор Иванович Толбухин. На этот раз наши войска одержали победу над гитлеровскими – в моей душе живет гордость за русский народ.
Следует кратко вспомнить из истории Аустерлицкое сражение. Начнем с чехословацкого города Брно. Если придется вам побывать в этом городе, обратите внимание, как с вершины горы Петров в вечерние часы хорошо видны освещенные улочки старого Брно, где перед битвой стоял Наполеон. Из Брно на Олемюцке идет шоссе. Олемюцке – старый город Средней Моравии. Здесь перед Аустерлицким сражением находилась ставка австрийского и российского императоров.
Тысячные армии трех европейских монархов занимали позиции между Брно и Олемюцке, как писалось в тогдашних хрониках. Приценские высоты – на них возвышается похожий на египетскую пирамиду Мавзолей мира. Изображение аустерлицкого памятника мне видеть не пришлось – наш полк шел много южнее, за Дунаем, и Аустерлиц казался мне далеким, недосягаемым. Олемюцкое шоссе, в прошлом называемое императорским, было всего-навсего разбитой, неустроенной дорогой, там проходил край бывших боев.
Австрийская столица Вена. Встали в ее юго-восточной части, в пригороде, Терхтольдосдорфе. На окраине расположились лагерем, стояли около двух недель. Не раз бывал на Пратере. Здесь к тому времени уже навели порядок, следов бывших боев было уже не видать. Любовался центром города, старался запомнить все его красивые места. Эти впечатления в моей душе до сих пор.
Здесь член Военного Совета 4-й гвардейской армии, генерал Дмитрий Шепилов перед строем личного состава вручил мне орден Отечественной войны II степени, Почетную грамоту с приложением книжки с благодарностями Верховного Главного Командования.




Комментариев нет:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...